– Доброе утро, Марк Алексеевич, – сухо, скомканно, прохладно и… непривычно.
Режет слух. Внутри разливается паника от её безразличия в голосе. Алиса на меня даже не смотрит, тыкает по клавиатуре пальчиком, устремив взгляд на монитор.
– Что сегодня по плану? – задерживаюсь у её стола.
– Выездов нет. Всё в обычном режиме, – отвечает, даже не удостоив меня взглядом.
Прохожу в кабинет.
Злится. Алиса злится. И, наверное, это та самая реакция, которую я желал получить. Она не понимает, что происходит.
Почему после такого жаркого и страстного начала вдруг повеяло прохладой."
"Но мне это нужно. Хочу знать, что я не просто для неё очередная страница в жизни, но целая глава, длинною в эту самую жизнь. Каждая реакция Алисы мне необходима.
Погружаюсь в работу, и Алиса лишь тихо периодически заходит в кабинет, кладёт документы и уходит. Молча. Ни единого звука.
Но я чувствую, как в меня летят огненные стрелы её раздражения.
Взглянув на часы, понимаю, что время перевалило за шесть.
Открываю дверь – её нет, компьютер выключен, она давно ушла.
Сегодня она не спрашивала ни о чём. Просто молча покинула место работы.
***
– Доброе утро, Алиса, – задерживаюсь у её стола специально, ожидая, что она посмотрит на меня.
– Доброе. – От холода в голосе меня прошибает насквозь. – Сегодня в два приедет представитель фирмы «Арфа» для подписания дополнительного соглашения. Я всё подготовлю.
Говорит, чеканя каждое слово, будто выплёвывая в меня, размазывая по стене ледяным спокойствием.
Словно сейчас она чудовищный босс, который держит всю компанию в страхе. Я стою в ожидании её взгляда. И она на меня смотрит…
Глаза Алисы потухли, нет искрящихся огоньков, стеклянное безразличие, которым меня равнодушно угощают сейчас. По спине тысячью мурашек пробегает осознание – что я наделал, идиот?
Между нами стена в десятиэтажный дом. Она закрылась от меня, отдалилась, сама увеличила дистанцию, которую я воздвиг.
Чёрт.
Нужно исправлять положение.
Объясниться, сказать, зачем всё это. Для чего. Сегодня после работы отвезу её домой, всё скажу, как есть.
В кабинете оседаю в рабочее кресло. Паника разрывает мысли на части. Всё, что появилось между нами, сейчас рушится, так и не окрепнув до конца. Чем я думал, когда решил, что вот так просто смогу провернуть задуманное?
Я не знаток женской психологии. Это Павел может управлять женщинами, как хочет, направлять, куда нужно, но не я.
