Не целовал, не прикасался, даже разговаривал, казалось, через силу, выдавливая каждое слово в мой адрес.
В голове бурлящим потом носились десятки мыслей, которые я не могла успокоить. Не понимала, что изменилось, почему вдруг стала не нужна. Слишком доступна? Слишком открыта? Слишком явно проявляла свои чувства к нему? Всё слишком?
Сегодня я окончательно убедилась – всё разрушилось, так и не начавшись. Поверила в то, чего и быть не могло. Босс и секретарша. Когда такие истории заканчивались хорошо? Я таких не знаю.
Корила себя за опрометчивость и легкомысленность.
Поверила, хотя верить не стоило. Нужно было бежать от Марка как можно дальше не оглядываясь, не давая себе надежду, что мы можем быть вместе. Слишком разные.
Вика, увидев меня сегодня утром, конечно же, предположила, что я всё ещё страдаю по Артёму. Я безропотно согласилась с её предположениями, радуясь, что так и не рассказала про отношения с Артовым. Хотя какие отношения? Так, ничего не значащая интрижка для большого босса.
Предложила расслабиться вечером, потанцевать в клубе, выгулять, так сказать, негативные мысли.
Даже телефон отключила во избежание звонков, хотя не надеялась, что он будет звонить.
Вот только не помогло. Когда двигалась под музыку в клубе, всё равно вспоминала Артова и наш первый раз в почти таком же клубе. Стало ещё хуже. В разы хуже, чем было.
Я уехала домой первой. Никак не ожидала увидеть его под дверями подъезда, ожидающего меня. Вообще не ждала объяснений, не была уверена, что заслуживаю. Предположила, что Марк просто сделает вид, что между нами ничего никогда не было.
Мы чужие, никто друг другу.
А он приехал.
Слёзы предательски застилают глаза. От обиды: на него, на себя. Я обещала себе не плакать, убеждала, что он-то моих слёз точно не достоин.
Чудовище. Самое настоящее чудовище, и другим не будет.
Самое гадкое, что запал в душу, пробрался в сердце, прочно в нём обосновавшись. Не так-то просто теперь будет вытравить злобного босса из мыслей. Совсем непросто будет забыть, какие эмоции он вызывает во мне, как бешено стучит сердечко в груди лишь от одного гипнотического зелёного взгляда.
Никто и никогда не вызывал во мне того, что вызывает он, никому я не позволяла проникнуть так глубоко в меня.
– Алиса. – Настойчивый громкий стук в дверь заставляет вернуться в гадкую реальность. – Открой пожалуйста.
О, Артов умеет просить! Надо же, что-то новенькое. Никогда бы не подумала, что он будет о чём-то просить простую секретаршу.
– Алиса, – более настойчиво.
