Поднимаюсь с дивана, пошатываясь, спотыкаюсь на ровном месте, хватаюсь за кухонную тумбу и усмехаюсь от того, насколько опьянела от нескольких рюмок. Беру его кружку и наливаю кофе, кручу ее в руках, облокачиваюсь на тумбу, закрываю глаза и вспоминаю, как мой муж точно так же торопливо пил кофе, а я готовила ему завтрак. Открываю глаза и понимаю, что одна! Я теперь всегда буду одна – без него! Швыряю кружку в стену, смотря, как коричневые брызги пачкают бежевые обои. Хватаю бутылку коньяка и пью из горла, давлюсь, сдерживая рвотные позывы, но насильно заливаю в себя жидкость, что бы больше ничего не видеть и е слышать, не чувствовать, как разрывает внутренности от адской боли.
Он не вернется. Я останусь с пустотой НАВСЕГДА!
В глазах темнеет, комната плывет перед глазами, и я по стеночке дохожу до нашей кровати, падаю на нее, закрываю глаза и ощущаю, как горячие слезы стекают по щекам.
– Аааааа! – кричу на всю комнату и рыдаю.
Хочется уснуть и больше никогда не просыпаться. Не знаю, сколько я так рыдала и кричала дo хрипа, пoка меня покинули силы, и я уплыла в темноту в надежде, что больше не вынырну из этой бездны….
***
– Олеся! Олеся, твою мать! – знакомый хриплый голос зовет меня.
Нет не зовет, просто требует проснуться. А я не хочу. Меня стискивают в сильных руках и немного встряхивают. Слабо пытаюсь оттолкнуть того, кто пытается вырвать меня из моей тьмы, но сил не хватает.
– Олеся. ткрой глаза, посмотри на меня! – приказывает голос.
Подчиняюсь, фокусирую взгляд на лице и понимаю, что это Руслан.
Я провоняла алкоголем и чем–то затхлым, меня мутит – внутренности опять скручивает в спазме.
А он такой весь холеный, пахнет свежестью и востоком, в отглаженной рубашке с четко окантованной щетиной. Живее всех живых! И меня уже тошнит от него!
тталкиваю Руслана и почти падаю с кровати. Сильные грубые руки подхватывают меня, разворачивают лицом к нему, вынуждая смотреть в холодные серые глаза.
– Что ты здесь делаешь?! – голоса почти нет, гoрло болит, словно у меня ангина.
– Убирайся из моего дома! – требую, слабо дергаясь – сил нет. И безвольно повисаю у него на руках.
ГЛАВА 7
Олеся
Сопрoтивляться сил нет, меня трясет и мутит,и очень хочется спать. Но Руслан не спрашивает, чего я хочу и как себя чувствую, он сдергивает с меня одеяло, поднимает на руки и несет в ванную.
– Отпусти! – требую, слабо колотя его кулаками в грудь. – Зачем ты явился?! ставь меня в покое!
Он не реагирует. Ставит меня возле душа и настраивает воду.
