Хватаюсь за резинку колготок и тоже разрываю их к чертовой матери. – Впредь носи чулки!
Голос хрипнет от возбуждения, которое накатывает волнами,и я не могу быть сейчас нежен. Обхватываю ее за талию и разворачиваю к себе спиной. Хочу видеть Олесю голой. Быстро расстегиваю бюстгальтер, снимаю его и отшвыриваю в сторону, стягиваю трусики вместе с разорванными колготками.
– Перешагни!
И она покорно исполняет. Красивая, волосы струятся по спине,тонкая талия, округлые бедра, белая кожа, словно никогда не загорала.
Веду пальцами по позвоночнику и слышу, как Олеся всхлипывает, сильнее стискивая подоконник. Я медлю, потому что знаю, что через минуту сорвусь и уже не буду столь нежен. Я на пределе своего терпения, ещё чуть-чуть ласки, и я буду ее терзать. Снимаю рубашку и стону, прижимаясь к ее напряженной спине, накрываю ладонями грудь, веду носом по волосам и глубоко вдыхаю, а в голове уже идет отчет до нашей точки невозврата.
– Пожалуйста, остановись, - шепчет Олеся, но не сопротивляется, наоборот – начинает часто дышать.
– Я не могу остановиться, Олеся. Не могу и не хочу, – шепчу ей на ухо, водя ладонями по твердеющим соскам.
Хватаю ее за бедра, впечатываюсь пахом в упругую попку, давая почувствовать, насколько возбужден. Все, меня срывает, дальше все происходит быстро и бесконтрольно. Обхватываю тонкую шею, поворачиваю к себе и впиваюсь в сладкие губы, кусаю, всасываю, рычу, требуя ответить мне. Сегодня я хочу взять все! По венам бежит кайф от того, что она в моих руках.
Отрываюсь от ее губ, сильно сжимая шею.
– Отвечай мне! Отпусти себя. Я все равно возьму тебя!
Задыхаюсь, набрасываясь на ее рот. Секунда, две,три – и она стонет мне в рот, отвечает, сплетая языки. Да! осподи, как же хорошо чувствовать ее. Мы целуемся словно сумасшедшие, я веду ладонями по ее телу, сжимая кожу, накрываю лобок и подбираюсь к горячим складочкам. Олеся непроизвольно прогибается, впечатываясь попой в ноющий член, вынуждая меня содрогнуться.
Проникаю пальцами между складочек, массирую клитор, немного вхожу внутрь, чувствуя, как она сладко сжимается.
– Не могу больше терпеть, киска, - шепчу ей в ухо, кусая мочку, и отпускаю ее, расстегиваю ширинку и немного спускаю брюки вместе с боксерами.
– Прогнись, - немного надавливаю на спину, силой вынуждая принять удобную мне позу. – Раздвинь нoги! – никаких просьб – только приказы.
Но Олеся сжимается.
