Минуту мы стоим почти неподвижно, слышно только шум воды и мое сбивчивое дыхание. Ее сердце трепещет
под моей ладонью.
– услан… – задыхаясь пытается сопротивляться, а мнe надоели эти разговоры, я уже все сказал, и по–другому не будет.
– Все, замолчи! – обхватываю подбородок и уже говорю прямо в дрожащие губы. - Я все понимаю,ты потерялась, считаешь нашу связь отвратительной и неправильной, чувствуешь себя виноватой перед Антоном… – Она вздрагивает, когда я произношу имя брата. - Попробуй жить по моим правилам, доверься мне, отпусти сeбя – и все будет хорошо.
– Целую, всасывая губы, раздвигая их языком, но она мне не отвечает. - И не зли меня! – рычу ей в губы, пожирая ее рот, сминая мокрое тело до ее стонов, которые она уже не может контролировать.
Олеся
н сказал : «Попробуй жить по моим правилам, доверься мне», а на самом деле приказал быть его марионеткой. А я не знаю, как жить и что делать. Если копнуть глубже, кается, я упала ниже некуда, и в моей душе полный диссонанс.
Наверное, хорошо жить, когда все за тебя решено. И я живу, потому что другого выбора нет… Я увязла в этом мужчине против своей воли. Сердце по–прежнему разрывается от тоски по мужу, а тело… тело тянется и отдается этому мужчине вопреки чувству вины. Никогда не была столь самокритичной, а сейчас просто ненавижу себя и, наверное, чтобы окончательно не потеряться и не сойти с ума, я отдала контрoль в его руки. Ведь, как сказал Руслан, назад у ас дороги нет.
Последние несколько дней кажутся мне бредом и жалкими оправданиями, а на самом деле этот мужчина сводит меня с ума.
С ним то тепло, то холодно, я иногда горю так, что я обжигаюсь, и сгораю вместе с ним, но по-прежнему оправдываю себя и свое поведение простой физиологией. Мне нужен секс, и эндорфины – замена алкоголю, который заглушал боль и помогал забываться.
– Хорошо здесь, жаль уезжать, - говорю, смотря на закат в огромное окно ресторанчика, в который мы с усланом зашли после прогулки по городу.
Точнее, он решил, что нам нужно поужинать в этом месте. Теперь моей жизнью руководит Руслан,и мне это даже нравится – не нужно отвечать за свои гадкие поступки.
– Хочешь, останемся еще на несколько дней? – спрашивает Руслан, поправляя ворот черной идеальной рубашки.
Интересно, он всегда такой безупречный? Или все же когда-то его можно застать в непригляднoм виде?
– Нет, я очень соскучилась по Марише, - вспоминаю дочь,и слезы наворачиваются сами собой.
