Онлайн-библиотека книг
— Да всё, идите, — отмахнулся я.
В кабинете стало душно. Я распустил галстук и ворот рубашки. Сердце за ребрами частило и металось как оса в банке. Дурость, конечно. Но… узнать бы, она это или не она?
Ой да на черта мне это узнавать?!
Я встал из-за стола, прошелся туда-обратно по кабинету. Налил в стакан воды, выпил. Потом снова уселся в кресло, набрал указанный в письме номер. Всего лишь узнаю, чтобы не маяться, и всё.
Выждал два гудка, а потом на том конце раздался голос, который я узнал в ту же секунду.
Она…
* * *Спустя неделю
— А здесь, Тимур Сергеевич, у нас бухгалтерия, — начальник отдела кадров, мужик сильно за полтинник, распахнул передо мной очередную дверь."
"Это я пожелал, чтобы он устроил мне здесь небольшую экскурсию, показал, кто где сидит, познакомил меня с работниками, а работников — со мной, своим новым хозяином.
Мы все-таки купили этот затрапезный заводишко. Вчера всё оформили. Отец, правда, не очень понял мой маневр, сначала упирался, потом просто бурчал: «Сомневаюсь, что это нам надо».
Да я всю минувшую неделю только и делал, что сомневался, отговаривал сам себя всячески, чуть не свихнулся. Но если уж решил теперь, то черта с два меня кто-то остановит.
Тетки в бухгалтерии подскочили со своих мест, залопотали что-то. Я кивнул им и сразу вышел, не дослушав.
Я ждал, когда уже дойдем до отдела кадров. Сердце бухало в груди как молот.
— А это, Тимур Сергеевич, — наконец-то произнес мой сегодняшний «экскурсовод», — наш отдел кадров.
На миг я задержал дыхание, затем шагнул в тесный кабинет.
Марину я увидел сразу. Там ещё кто-то был, но я смотрел только на неё и видел только её. А уж как она на меня смотрела. Будто привидение увидела.
Я приблизился к её столу, не сводя с неё взгляда и с удовольствием подмечая, как сильно она занервничала. Не сдержав ухмылки, произнес:
— Ну здравствуй. Вот мы и встретились.
Глядя на меня во все глаза, она сглотнула и севшим голосом ответила:
— Здравствуй… те.
Глава 6
Марина
Этот завод, куда отец Артема Казаринова помог мне устроиться, напоминал тонущий корабль. Работали только самые добросовестные, остальные — кто как убивали время с девяти до шести. Сбившись группками в курилке или в буфете, часы напролет обсуждали приближение конца. Нервозность и обреченность буквально витали в воздухе.
Я же в работу нырнула чуть ли не с одержимостью. Не люблю халтурить и Казаринова не хотелось подводить.
