Наверное, Баграт опять что–то не так сказал или сделал. Ляпнул что–нибудь обидное и даже не заметил – он это отлично умел.
Хотя, как ему казалось, крутился ужом на сковородке, чтобы все сделать правильно.
Баграт вышел из подъезда, пошатываясь.
Сощурился от яркого весеннего солнца. Посмотрел в сторону припаркованной неподалеку машины и понял – он не хочет сейчас быть один, не может. Он же с тоски помрет у себя в квартире.
Тогда он зашагал дальше по улице, завернул за угол дома к детской площадке, где Кира с Левоном любили гулять с дочкой.
Баграт оказался прав. Брат с женой были там. Сидели на большой деревянной лавке и качали коляски – каждый свою.
Он поспешил к ним.
Пашка – вот кто ему сейчас нужен. Обнять ребенка, расцеловать пухлые щеки – лучшее лекарство от любых стрессов.
– Баграт, что ты тут делаешь? – охнула Кира, завидев его.
– Я пригласил его повидаться с Миланой, – проговорил Левон.
– Ах, вот ты для чего предложил нам погулять с детьми, да? – дошло, наконец, до Киры.
Она подскочила с лавки, грозно уставилась на мужа.
Левон тоже поднялся, прогудел, насупив брови:
– Эти двое должны были нормально поговорить.
– Поговорили, – сказал Баграт с мукой на лице.
Подошел к коляске, где спал Пашка.
Ну вот, даже сына на руках не подержишь, дрыхнет, как сурок.
Баграт обласкал взглядом любимого малыша, и у него в очередной раз за последние сутки защемило сердце. Как же он проживет без этого бутуза? Он же с ума сойдет, если придется видеться с малышом по расписанию, а ведь все к тому шло.
Если он каким–то чудом не наладит с Миланой отношения, то не сможет жить с сыном под одной крышей. Он же не садист какой забирать малыша у матери, никогда так не поступит.
– Ты сделал предложение? – спросил Левон.
– Сделал, – кивнул Баграт и уселся на лавку, – Только кто бы его принял!
– Она отказала тебе? – спросила Кира, а потом вздохнула с таким видом, будто знала его ответ наперед. – Впрочем, этого следовало ожидать…
Такая реакция невестки очень разозлила Баграта.
В конце концов, он не самый хреновый человек на земле, чтобы его предложениями вот так расшвыриваться. Он его сделал в первый раз, между прочим! Пусть коряво, но от чистого сердца.
Ну да, он ни разу не профи построения отношений. Теперь он готов был это признать. Точнее раньше–то считал себя знатоком женщин, но это было до того, как в его квартире поселилась маленькая чертовка, которой все было не то и не так.
Он согласен – ошибся, накосячил.
