Поэтому сменила топ с шортами на черное платье с короткими рукавами, сшитое специально для молодых мамочек – с маленькими пуговками на лифе. Оно доходило ей почти до колен, даже не облегало, разве что было немного тесновато в груди.
Милана посмотрелась в зеркало и мысленно поставила галочку в графе «одобрено». Теперь этот мерзкий гад не посмеет ей сказать, что она не так одета.
Причесавшись, Милана вернулась на кухню и лицезрела уморительную картину – теперь в каше был не только Пашка, но и Баграт тоже.
– Снайпера растим, – усмехнулся он.
И его, похоже, вправду не беспокоило, что у самого теперь гречка в волосах, прямо как у Миланы пять минут назад.
Вечер покатился своим чередом.
Через три часа Милана с недовольством наблюдала, как Баграт играл с Пашкой на разложенном диване в гостиной.
Приехал захватчик и… не уехал.
«Домой не собирается, что ли?» – мысленно закатывала глаза она.
За время, пока Баграт возился с Пашкой, она успела переделать все: прибрать ванную и кухню, даже приготовить суп.
Уже почти одиннадцать, а папаня все никак не мог расстаться с сыном, и весело ему было, точнее им обоим.
– Пашке пора кушать и спать, – безапелляционно объявила она.
– Точно, еда! – вдруг щелкнул пальцами Баграт. – Представляешь, забыл про ужин. Может, давай, я что–нибудь закажу?
«Вообще–то я имела в виду, что тебе пора домой!» – уже хотела ляпнуть она.
В самом деле, он что, прирос к ее дивану?
Однако тут она услышала, как у Баграта забурчало в животе.
И вдруг ей стало неловко. За весь вечер даже чаю ему не предложила, а гость, похоже, голодный. Что он закажет так поздно? Не чужой все–таки, отец Пашки, к тому же так самоотверженно с ним весь вечер водился.
– Могу предложить суп, – проговорила она со вздохом. – Хочешь?
Баграт отчего–то очень обрадовался ее предложению. Слопал целых две тарелки куриного супа с лапшой, а заодно гору оладий, которые она напекла в обед.
– Не знал, что ты умеешь готовить, – сказал он, с довольным видом отодвигая тарелку.
– Вкусно.
Надо же, она наконец дождалась от него первого комплимента.
– Ну все, мы спать, – проговорила она таким тоном, чтобы понял, пора ему восвояси.
Баграт нахмурился, но спорить не стал.
– Дай подержу на прощание и пойду, – попросил он, протягивая руки к сыну.
Милана дала…
И это было ее ошибкой.
Как только Баграт попытался вернуть ей малыша, Пашка разрыдался.
