Не отдавай меня (СИ)

Просовываю обе руки под куст, примеряюсь секатором, как лучше срезать и вдруг напарываюсь правой кистью на огромный шип.

- Ай! - инстинктивно одергиваю руку и раздираю перчатку.

На коже тут же выступает капля крови.

- Черт!

Прижимаюсь губами к ранке и неожиданно громко всхлипываю. Щеки моментально становятся мокрыми, и нет, не от боли. Моя нервная система как драные тряпичные лоскутки.

Я устала.

Состояния от звенящего напряжения до полной апатии меняются за считанные минуты. Я устала бояться и ненавидеть, но не могу по другому.

Позволив себе минуту слабости, я растираю слезы по щекам возвращаюсь к своему занятию.

- Я все равно это сделаю! - проговариваю строгим тоном. - Если ты думаешь испугать меня своими шипами, ты очень сильно ошибаешься.

Встаю на коленки, тянусь к стволу обеими руками и, зафиксировав секатор, с огромным трудом все же вырезаю старую ветку.

- Тебе самому легче будет, вот увидишь... - бормочу тихо, оттаскивая ее в сторону.

Отойдя на два шага назад, оцениваю проделанную работу.

- Вот теперь другое дело, - улыбаюсь сама себе, - завтра тебя обработаю.

Складываю инвентарь в ящик и возвращаюсь к зданию. Прохожу по бетонной дорожке вдоль его торца, поворачиваю к фасаду и неожиданно натыкаюсь на группу из пяти человек.

Оба Литовских, двое мужчин, те, которые были с ними, когда я встретилась с ними в цоколе, и...

Секундная заминка, колючий взгляд Яна на моем лице, и я, ускоряя шаг, прохожу мимо.

- Кто это? - доносится до меня женский голос.

- Никто. - отвечает ему голос Лютого.

Глава 23

Хотела обработать ранку, но теперь нет - и так заживет. Убираю ящик с инструментами в чулан и сразу убегаю в свою комнату. Раздеваюсь, встаю под горячий душ и стою до тех пор, пока не прекращает трясти.

От его ледяного взгляда и уничижительного «Никто».

Ненавижу! Не-на-ви-жу!.. Как сильно я его ненавижу!.

Зачем я пошла на реку?.. Зачем в дом его притащила?.. Зачем?! Какая же я дура! Боже!..

Пока по лицу бежит вода, позволяю себе немного поплакать, а потом закрываю кран, растираюсь полотенцем, одеваюсь в майку и трусы и сразу залезаю под одеяло.

Надеюсь, все они уехали. Еще на месяц, а лучше на два.

Засыпаю с этой обнадеживающей мыслью, а просыпаюсь от ощущения невыносимой тяжести и нехватки воздуха.

Резко распахнув глаза, уставляюсь в темноту.