– Нет нам нигде места с тех пор, как Сережу убили. Хотели порознь выжить, да не получилось. А теперь судьба нас свела, и снова все пылает…
– Здесь наша земля, Наденька. Нельзя позволить, чтобы нами управляли бандиты, красиво прикрывающиеся погонами.
– Интересно, есть на Земле место, где мы смогли бы забыть все, что нам пришлось пережить?
– Мы с тобой обязательно его найдем.
– Найдем, если выживем, – мрачно усмехнулась она.
– Нам нельзя умирать, Надя. У нас дети.
Он коснулся губами ее макушки и потянулся за бутылкой коньяка.
– Да, у нас дети, – будто эхо, повторила она.
Глава 28
Через три дня хоронили Ярославу.
В день похорон не прекращался снегопад. Ветер на кладбище был настолько ледяным, что на щеках замерзали слезы.
Ярославу положили рядом с Сергеем, было там еще одно место. Пришедших проводить в последний путь Надину тетку было немного: все же погода давала о себе знать, к тому же никто особенно не любил Ярославу – слишком склочной она была при жизни, всем успела насолить.
Надя уже давно так не плакала, как в тот день на кладбище.
Перед глазами стоял Сережа, любимый старший брат, такой живой, такой веселый.
«Все будет хорошо, Надя! Поживем еще! Эх, поживем!» – вспомнились его слова накануне отъезда в Москву.
А теперь что? Лежат с Ярославой рядом, а Надя с Метелиным, как неприкаянные, даже домой вернуться не могут.
– Надь, ну все, успокойся, родная! Не надо так убиваться… – укрывая от ветра, крепко прижимал ее к своей груди Метелин, и ему казалось, что это какое-то дежа вю: совсем недавно он стоял на этом же кладбище, только хоронил свою родную мать.
А Надя растерянно смотрела на графитовое надгробье, под которым уже несколько лет лежал ее любимый старший брат, и оплакивала свою жизнь, которая на полной скорости неслась совсем не по той дороге.
– Если бы я не согласилась на предложение Сережи поехать вместе в Москву! Если бы только не согласилась… – тихо шептала она.
– Мы с тобой бы тогда не полюбили друг друга, – обжег ее шею ответный шепот Метелина.
– Все случилось, как случилось. Не изменить нам прошлого, Надя. Надо смириться и вперед смотреть.
– Не видно ничего впереди, Вова! Понимаешь?
Он ободряюще погладил ее по спине.
– Ты плохо смотришь, любимая.
…Поминки по усопшей устроили в ее ресторане. Тихо сновали с блюдами официанты, с печалью в глазах сидели за большим столом на втором этаже гости.
– Дамир, я в ближайшие дни не выйду. Тяжко все это… – сев рядом с горцем, тихо произнесла Надежда.
