От «Гранда» одни хлопоты. Чтобы он приносил настоящую прибыль, в нем надо жить. А я живу очень далеко отсюда.
– Понятно.
Официант принес наш заказ, и мы принялись за еду. Я следила за дочками и старалась поменьше смотреть на Метелина.
Перед глазами всплыло воспоминание: я сижу в предвыборном штабе у компьютера и старательно вывожу его золотой ручкой на листке заветные буквы: «Н.М» – Надежда Метелина. Сердце сжалось от боли."
"Как странно встретиться спустя несколько лет и сидеть за одним столиком так, будто мы едва знакомы… Знать, что он торопится к молодой жене, а моим девочкам он всего лишь чужой дядя, купивший много сладостей… Как же сложно!
Все хорошее когда-нибудь заканчивается.
И наша трапеза медленно подходила к концу.
Метелин попросил счет. Ярослава поднесла ему счет лично.
– Ты не меняешься, – смерив ее насмешливым взглядом, ухмыльнулся он и всунул в тубу для денег щедрые чаевые.
Поднялся со своего места, взял куртку. Я не шевельнулась. Просто сидела и смотрела в никуда. Мысль о том, что он сейчас уйдет навсегда, резала ножом.
Он подошел сзади и опустил теплые ладони на мои плечи.
– Был рад повидаться с тобой Надя, – тихо произнес, склонившись ко мне.
Я подняла на него взгляд, и он с силой сжал мою руку. В зеленых глазах мелькнула боль предстоящей разлуки – и вмиг стало ясно: ничего между нами не прошло. Все по-прежнему, также сильно и ярко.
Я сжала его ладонь в ответ, и в глазах блеснули слезы.
– Хочешь, я останусь? – в его взгляде сверкнула надежда.
– Только скажи, Надя!
– Лучше уезжай, – покачав головой, шепнула я. – Иначе… боюсь, мы наломаем дров…
Он напряженно сглотнул и на мужественном лице отразилась горечь.
– Хорошо.
Подмигнул терзающим медведя девочкам, а потом быстро вышел из ресторана. Мелькнул, и затерялся среди прогуливающихся по проспекту у парка людей.
Крепко сжимая в ладонях кружку с горячим чаем, я с отчаяньем смотрела туда, где совсем недавно проступал силуэт любимого мужчины. Смотрела, и никак не могла заставить себя отвести взгляд.
«Останься… пожалуйста, останься…» – молило и рвалось на части измученное разлукой сердце.
Глава 7
Владимир вернулся в дом матери, когда уже стемнело.
– Владимир Георгиевич, ужинать будете? – выглянула из просторной столовой экономка Анисат, которая в последние несколько лет помогала его матери по хозяйству.
– Нет, спасибо. Я ужинал в городе.
– Что ж, как знаете. Но если проголодаетесь, я приготовила жаркое.
Он взглянул на нее.
