В своих пижамах и детских тапочках-единорогах, с едва приглаженными темными волосами, они были похожи на фарфоровых куколок.
– О, каша… – забравшись на стул, Маша подавила разочарованный вздох. – Чем это тебе не нравится моя каша? – Ярослава угрожающе приподняла тщательно выведенную у стилиста бровь.
– Не люблю овсяную… Мам! Ну, почему овсянка?
– А я люблю!
Пухлые губки Саши расплылись в радостной улыбке, и она уверенно взяла ложку.
– Так, юная леди, ешьте, что подано! – Ярослава бросила в Машу испепеляющий взгляд.
– Иначе отправитесь в детский сад голодной!
– Там тоже будет каша, – скривившись, Мария взяла ложку и принялась смешно давиться нелюбимой овсянкой. – Мам, положи мне сахар!
Улыбнувшись, я придвинула дочкам булочки с джемом."
"– Я положила достаточно сахара! Если есть его слишком много, испортятся зубы. По-моему, в последний раз у стоматолога мы с твоей матерью держали тебя вдвоем! – топнула ногой тетка.
Щелкнула кофемашина, сообщая, что готов ароматный кофе.
Накладывая кашу себе в тарелку, краем глаза я заметила Машу, которая упорно потянулась к сахарнице за теткиной спиной. Саша испытующим взглядом молча следила за сестрой. Видимо, ей было интересно, удастся ли Марии утащить ложку сахара.
«Отчаянная», – мелькнула у меня мысль.
Одна, вторая, третья… Тетка резко обернулась. Вздрогнув, Маша выронила полную ложку сахара из ловких маленьких ручек.
– Я же сказала, сахара и так достаточно! – всплеснула руками Ярослава.
– Ты что, хочешь стать толстой?!
– Как ты? – отчаянно сгребая маленькими ручками сахар в кучку, Маша окончательно перепачкалась.
– Я что, по-твоему, толстая? – округлила глаза Ярослава.
– Так, все. Маша, быстро пошла в ванную комнату отмывать липкие руки! – я со стуком поставила на стол свою порцию каши и строго взглянула на дочку.
Нахмурившись, маленькая вредина выбралась из-за стола и гордо затопала в сторону ванной комнаты.
К тому времени, как у молчаливой Саши тарелка была пуста, Маша все еще кривилась над своей порцией каши.
– Ты будешь есть, или нет? Мы опоздаем! – взорвалась я.
– Она слишком сладкая, эта каша! Меня от нее тошнит, мам!
– Больше не буду для тебя ничего готовить, – обиженно фыркнула Ярослава, и первой поднялась из-за стола. Из наших двойняшек Мария была ей ближе, чем спокойная Сашенька, но ее вредность частенько доставляла нам хлопоты.
– Даже булочки? – испугалась Маша.
