Онлайн-библиотека книг
Что последние месяцы у нас всё было плохо. Но до этого ведь всё было хорошо. Давай начнём всё сначала. Дай мне ещё один шанс.
Блядь! Да вы сговорились что ли!
— С чего, Алексей? С какого начала? С шестого класса, когда ты пытался меня поцеловать, зажав в углу, и получил от Реверта люлей? Или с того момента, как ты сказал, что ради твоего склада я должна поехать ублажать какого-то мужика?
Поставив локти на стол, он закрыл руками лицо. Тяжело вздохнул.
— Вер, я совсем не хотел делать то, что делал, — убрал руки. — Говорить то, что говорил.
— Правда?! — делано прикрыла она рот руками. — Ой, прости, милый, я же не знала. Бедненький, как тебе было тяжело, оказывается. Из-под палки трахать меня на кухонном столе. Прямо вижу, как ты на одну руку мои волосы наматывал, а другой слёзы вытирал. Что же случилось-то? Убил кого или покалечил?
Он воровато оглянулся и нагнулся к ней через стол.
— Я взялся перевезти большую партию наркотиков, — зашептал он тихо.
Вера выдохнула и прикрыла лицо рукой. Фейспалм.
И хотела спросить: зачем? Но, если честно, ей было всё равно. Сегодня — точно. Она была так вымотана всеми этими разговорами, новостями и откровениями, что хотела просто лечь и накрыться с головой одеялом. А лучше лечь в ванну с пеной, зажечь свечи, налить себе бокал вина и послать их всех на…
— Надеюсь, хотя бы Зойку не эти неведомые злые силы заставили тебя трахать? — засунула Вера лишние бумаги в сумку, встала.
Поставила она жирную точку. И уехала.
Глава 25. Вера
Как прошли эти дни. Сколько их прошло. О чём они были.
Конечно, если бы она посмотрела на календарь, то наверно, ответила бы.
Но на самом деле Вера их не запомнила.
Она запомнила, что на следующий день выпал снег. И на работу она ехала по такому светлому уютному городу, что казалось это её жизнь началась с чистого листа, а не выпал первый снег. И, пожалуй, всё.
Всё остальное было работа-дом-работа.
В Ванькиной жизни и то событий было больше. Он каждый день, кроме выходных, виделся с отцом. И взахлёб рассказывал Вере где они были и что делали. У Веры была к Реверту только одна просьба: чтобы она его не видела.
