Не отрекаются, любя...

— У меня были на то причины, — спокойно ответила она.

— Хочешь сказать, что ты его разлюбила? Или тебе нравилось страдать?

— Нет, — покачала головой Файлин. Её рука с комком свежей глины, бессильно упала на колени.

— И всё же ты его прогнала.

— Посмотри на мои руки, — оставив глину на коленях, она задрала рукава и вытянула вперёд руки, словно освежёванные и покрытые шрамами. — Так выглядит почти всё моё тело. Как думаешь, оно может нравиться мужчине? Он захочет к нему прикасаться? Сможет его любить?

— Если ты ему дорога.

Если он тебя любит, то, думаю, да.

— А если нет? — уронила она руки и горько усмехнулась.

— Но вы столько вместе прошли. Ты сбежала из-за него из дома, — искренне не хотела Вера верить, что чёртов Гриша ничего к Файлин не чувствовал.

— Что бы ни сделала я, в ответ ему нечего было мне предложить. Он был маминым напарником, не моим, во всех её опасных авантюрах. Но кроме этого у него были свои дела. А я была такая дура. Вместо того, чтобы его отпустить, увязалась за ним. Если бы я этого не сделала, то ничего бы не случилось.

Ему не пришлось бы меня спасать. Я бы не обгорела. Он не получил бы две пули в грудь.

— Если бы мы заранее знали, что случится, мы бы многого в жизни не делали, Файлин. И ещё больше бы теряли. Поэтому хорошо, что мы не знаем.

— Может и так, — вздохнула та.

Вера подвинула рабочий стул-треногу и села напротив девушки.

— Что с вами произошло?

Файлин молчала, словно думая, рассказывать ей или нет, а, может, просто собиралась с силами. Но как бы то ни было, спустя какое-то время, она сказала:"

"— Он ушёл.

И в этот раз навсегда. Попрощался, вызвал такси. Но я не могла смириться, что всё вот так закончится. Поругалась с мамой. Крикнула ей, что она всегда всё портит. Хлопнула дверью. И поехала за ним. Купила билет. Села в тот же самолёт. Он увидел меня, когда самолёт уже поднялся в воздух и… не обрадовался. А когда прилетели в Испанию, меня прогнал. Купил мне билет на обратный рейс. Но я психанула, да и к маме, которая сказала, что так и будет: он не мой и никогда не будет моим, зря я за ним бегу, возвращаться было стыдно. Я решила лететь к отцу.

— Куда? В Африку?!

— Да, до Мбандаки, где жил отец, из Испании через Гибралтар было рукой подать. Я села на самолёт до Киншасы, это столица Конго, и там хотела пересесть на местные авиалинии.  Но, когда прилетела, оказалось в Мбандаке идёт война, самолёты не летают, дороги перекрыты. Податься мне было некуда, денег на обратную дорогу уже не хватало.