Не отрекаются, любя...

Я прослушал записи, что дал детектив и на что он сам обратил внимание: в магазине несколько раз за последние недели проводили учения по пожарной эвакуации, то есть все знали, что делать.

— Она готовилась?

— Бесспорно.

— Да и пожар устроили так, чтобы никто не пострадал. И в этом тоже был замешан губернатор. Помнишь премию «Предприниматель года»?

— Конечно. Это краевой конкурс. Губернатор лично вручал ей приз.

— И губернатор лично с ней договорился, что она должна отдать территорию, что заняла магазином.

— Ему заплатили её конкуренты?

— Думаю, да.

А, может, это тянулось ещё с тех времён, когда во всём этом был замешан её муж, господин Холмогоров. Валентин Геннадьевич пообещал, что поджог будет расценён экспертизой как страховой случай и ей выплатят страховку. Поэтому магазин она застраховала на баснословную сумму, в накладе не останется.

— Да, деньги ей в декрете пригодятся, — усмехнулась Вера.

— А на складе Лёхи они тренировались устраивать поджог.

— А «Берёзовский консервный завод», что принадлежал Холмогорову? Разве он не должен был достаться ей после смерти мужа?

— Думаю, с него и начались у них плотные отношения с губернатором, мэром и его сынком.

Где-то взаимовыгодные, где-то не очень. Всё, что касалось Зойки, надеюсь, останется за кадром — это единственное, о чём я попросил следователя. Стелла передала им все бумаги, фото документов и переписки губернатора, что она делала для меня. Ну а коррупционные схемы, если он не раскрыл в видео, думаю, в Следственном Комитете без труда распутают сами. Но если вылезет что про Зойку, мне плевать.

— А эти органы следствия надёжные? — взяла его за руку Белка.

— Думаю, да. Вестлинг взял на себя эти заботы. И я ему доверился, кажется, не зря.

— Надеюсь, теперь в этом городе воздух станет чище, — вздохнула Вера. — Он этого заслуживает. У нас красивый город, правда? — оглянулась она по сторонам. — И в нём живут замечательные люди. Знаешь, я всё время хотела отсюда уехать. Но теперь хочу остаться. Если ты не против конечно, — прикусила она губу.

— Ты можешь позволить себе любой город мира, — улыбнулся Марк. — И этот в том числе…

Есть истории, что словно прилетают со шквальными ветрами.

Их рассказывают деревья, в отчаянной страсти засыпая улицы сорванной листвой.

Их подхватывают крыши и разносят по городу стонущие трубы водостоков.

В исступлении шепчет студёная вода реки, набегая волнами на серую гальку.

Кажется, будто именно так они и рождаются, городские легенды.