Не отрекаются, любя...

Но Стелла явно озвучила мнение о нём в родном городе. Мнение Белкиной мамы, например, что всегда считала его эгоистичным и легкомысленным.

— Это маленький город, Марк, — подтвердила Стелла. — Здесь все всё знают. И знают, что она тебя любит. Ну а ты... Ты пошарахался, помотался как говно в проруби, а как отца не стало, всё равно вернулся. И давай права заявлять и на «Реку», и на бабу. Но ведь ты всегда можешь забрать их с ребёнком и увезти, — улыбнулась она.

— Это тоже посоветовал мне добрый дяденька губернатор? — усмехнулся Марк.

"Да, ему пока как бы только намекают, чтобы он именно так и сделал. Но всё же это лишь домыслы, Стеллы ли, губернатора. В них никак не вписывалась Ваан, которая тоже ввязалась в эту игру, и Марк пока не понимал зачем и на чьей стороне, потому что она хочет противоположного: чтобы Марк остался. Не понимал, какого хера здесь делает Вестлинг и чьи интересы представляет. А что он тоже по его душу, тут и к бабке не ходи. Возникало много вопросов.

— С чего ты взял, что губернатор? — усмехнулась Стелла.

— С того, что именно так когда-то и сделал мой отец: отправил нас от греха подальше. Подозреваю, уж не с подачи ли Геннадия Валентиновича, который всю жизнь волочился за моей матерью. И что отец получил в итоге? — Марк развёл руками.

— М-да, — поджала губы Стелла. — Но ты можешь уехать вместе с ними.

— Это предложила бы женщина.

— От этом просила отца твоя мама?

— Да, — мотнул головой Марк. — И знаешь, может, хорошо, что пока моя женщина не хочет меня ни видеть, ни слышать.

— Если она тебе это предложит, тогда это не твоя женщина, Марк, — покачала головой Стелла.

— Может быть, и не моя, — вздохнул он. — Не я решил, кого мне любить. Но я решил, что мне с этим делать. Сбежать, поджав хвост, не мой вариант.

— Ну что ж, тогда иди и сражайся, мой мальчик, — вытянула Стелла одну руку в сторону двери, а другую прижала к груди, как богиня, благословляющая рыцаря перед походом.

— Ну что ж, только ради этого, пожалуй, пойду и сражусь, — улыбнулся Марк. — Где мой меч?

Пойду отрублю письку господину Вестлингу, чтобы не поднимал её в ту сторону, где ему ничего не светит.  Подумал он про себя.