— Я — девушка скромная…
Тони, с костылём неуверенно и осторожно вышагивающий по палате, тоже не удержался от смешка и тут же скривился от сильной боли в боку.
— Оно и видно, — произнёс вышедший с саркастической улыбкой Ховард.
Он сменил больничную рубашку на пижаму с уточками, от которой в палате с разных сторон раздался сдавленный кашель, побрился и теперь вытирал мокрые волосы мягким большим полотенцем. Небрежно кинув его на ручку двери, он покосился на Машу и, не прибегая на этот раз к её услугам, попытался самостоятельно добраться до кровати.
Неожиданно он споткнулся о край ковролина, и от падения его спасла вовремя обхватившая его талию девушка. Юноше пришлось вновь опереться на её плечо. Глаза их встретились; Маша, только оправившаяся от сильного смущения, вновь раздражённо ощутила, как горят её щёки: ощущения от признательного взгляда, запаха ментолового шампуня и близости мужского тела смешались внутри неё. Застыв на месте аки соляной столп, она испуганно смотрела в озорные глаза. Музыкант слегка улыбнулся, отстранился и медленно побрёл к своей кровати, преувеличенно внимательно смотря перед собой.
Товарищ помог ему забраться в кровать и продолжил чтение журнала.
Аня быстро ухватила ещё находящуюся в растерянности сестру за руку и повела за обедом для молодых людей. Доминик задумчиво проводил девушек взглядом и слегка улыбнулся чему-то в мыслях.
========== Глава 7 ==========
Прошло ещё несколько дней. Кристофер и Доминик уже поправились настолько, что вовсю пользовались полученной свободой, разгуливая по больничным коридорам.
Несмотря на наличие постоянной подруги у одного и на кажущееся пренебрежительное отношение к появлению оной второго, в палате периодически толпились и мило щебетали одна или две прехорошенькие представительницы слабого пола.
Аня всегда охотно присоединялась к их разговорам, набираясь опыта и даже с ограниченным словарём становясь душой любой компании. Маша же неизменно ссылалась на работу и просто уходила с нетбуком в свой укромный уголок: с одного из лестничных пролётов открывался изумительный вид на город.
Возвращалась она только после того, как посетительницы уходили. При этом она обычно оставалась в палате во время визитов родственников и коллег. Музыканты совершенно спокойно реагировали на её отсутствие, но Аня наедине недоумённо вопрошала сестру о причинах такой неприязни. Маша чувствовала, что её оправдания прозвучат жалко и неубедительно, и только отшучивалась.
Молодые люди очень тосковали по музыке.
