Не пара

— Что Вы говорите? Но раньше…

— Раньше я просто пыталась сделать хорошую мину при плохой игре, понимаете? Мне так хотелось счастья для сына, что я надеялась, если буду почаще говорить, какая они чудесная пара и как любят друг друга, то он в это поверит и на самом деле полюбит Марину.

— Трагедия, настоящая трагедия! Вы — святая женщина и лучшая в мире мать!

Дальше разговор перешел на дочерей Одоровских, но Ася ничего не слышала, оглушенная новой информацией.

Влад не женится на Марине и никогда не хотел, но его приперли ребенком! Сам виноват — нечего было спать со всеми подряд! Но он не женится! Господи, отчего она-то так радуется? Ей-то до этого, какое дело — он ее замуж никогда не звал, хотя у них общий ребенок.

Но вопреки всему, щеки у Аси подозрительно алели, и она еле могла сдержать радость.

Что там еще говорила мать Влада — у нее с собой заключение экспертизы? Как же взглянуть на него хоть одним глазком?

Девушка подняла голову — дамы упоенно щебетали и не похоже, что собираются расставаться в ближайшие пять-десять минут.

Ей же хватит этого времени, ведь она уже стала заправской шпионкой? Девушка отложила книгу, быстро поднялась на хозяйский этаж, пошла в коридор, где были расположены гостевые комнаты, и осторожно принялась приоткрывать одну дверь за другой, пытаясь определить, куда вселили гостью. Наконец, на четвертой двери ей повезло — комната имела жилой, а не музейный вид. Только бы ее здесь не застукали, ведь она не сможет внятно объяснить, что забыла в чужой комнате!

Ася зашла внутрь, беглым взглядом оббежала помещение. Куда мать Влада могла положить документ? Вернее, не так, она его и не доставала, надо догадаться, в чем она его везла.

Дамская сумочка, вон висит? Нет, вряд ли, она небольшая, что туда поместится? Значит, чемодан. И где тут чемодан?

Чемодан обнаружился в шкафу-купе.

Ася, прислушиваясь к звукам из-за двери, открыла его и быстро наткнулась на папку. Достала, вытащила бумагу, быстро прочитала — мать Влада сказала правду — экспертиза была, ребенок точно не его! Еле сдерживая ликование, девушка торопливо все убрала назад и выскочила за дверь. Ей повезло, она успела вернуться к шезлонгу к оставленной книге и услышала, что дамы, наконец, наговорились и покидают террасу.