Не первый раз замужем

– Спокойной ночи, – пробормотал мужчина и поднялся со стула.

– Ты что, в самом деле будешь спать на надувном матрасе? Смотри, какой ветер, ты простудишься на полу, – заботливо проговорила Нина.

– Ты можешь предложить что-то получше? – кисло усмехнулся Николай."

"– Ложись здесь, на кровати, рядом со мной. Я надеюсь, у тебя имеется второе одеяло? – совершенно серьезно предложила девушка.

– Найдется, – улыбнулся писатель. – Не бойся, можешь спать совершенно спокойно. «Русалки» не в моем вкусе.

– Я вообще ни в чьем вкусе, – проворчала девушка.

 – Мужчины всегда смотрели на меня либо как на своего «парня», либо как на обладательницу хорошего банковского счета. Как на женщину на меня еще никто ни разу не посмотрел. Сейчас никого не интересует внутренняя красота, а ум – тем более. Всему мужскому населению подавай 90–60—90 и личико, как у Барби, и желательно головку без мозгов, чтобы на ее фоне всегда выглядеть непревзойденным мудрецом! А мне до Барби с моим носом, как унитазу до джакузи. Обидно, конечно, но я уже привыкла, – вздохнула Нина. Она поудобнее устроилась на подушке и закрыла глаза. – Завтра, – еле слышно прошептала она. – Я обо всем подумаю завтра…

Глава 4

Когда утром Нина проснулась и открыла глаза, первой ее мыслью было: «Куда это меня занесла нелегкая?»

Потом, повернув голову, она увидела на другой половине кровати черные волосы писателя и все вспомнила. Николай мирно посапывал, завернувшись во второе одеяло. Нина встала и взяла со стула простыню, в которой вчера щеголяла по дому.

Она прошла к допотопному шкафу и раскрыла дверцу. Полюбовавшись незатейливыми шмотками писателя, она выбрала рубашку в клеточку и спортивные штаны. Когда она натянула это на себя, то сразу же стала похожа на огородное пугало. Брючины пришлось подвернуть, рукава у рубашки – тоже, но альтернативы не было, поэтому Нина тяжело вздохнула и поплелась на кухню. Девушка испытывала страшный голод, поэтому тут же заглянула в небольшой походный холодильник, чтобы хоть что-то перекусить. Там лежали колбаса, сыр, ветчина, масло и еще какая-то еда. Нина схватила колбасу и откусила прямо от целого куска.

– Здесь ножи имеются, – услышала она насмешливый голос Николая и чуть не подавилась.

– Я ошень есть захошела, даже прошулашь от голода, – промямлила она набитым до отказа ртом.

– Что ты сделала? Что это за слово такое – «прошулашь»? – засмеялся писатель.

– Проснулась, – уже нормальным голосом сказала Нина, проглотив колбасу.