Не покидай меня, любовь

Несколько долгих мгновений они смотрели друг на друга, прежде чем Винченцо оторвал взгляд от ее губ и переключился на знакомый сельский пейзаж острова, где семья Кардини занималась производством вина и масел на протяжении сотен лет.

Винченцо обнаружил, что чересчур взволнован, как и всегда во время приезда на родину. Но на этот раз дело не только в возвращении, но и в Эмме, с горечью осознал он. Несмотря на поразительное открытие, что он отец, она по-прежнему сводит его с ума. И так было всегда.

Ее воздействие на него озадачивало и пленило Винченцо во время их странных, урывчатых встреч.

Впервые в жизни он оказался во власти чувств, которым нельзя доверять, и, в конце концов, его суждение оказалось ошибочным. Ибо

Эмма была идеальной любовницей, но ужасной женой. А сейчас… Сейчас она ни то, ни другое.

— По крайней мере, расскажи, где мы будем жить, — попросила Эмма, своим мягким голосом прерывая его размышления. — В усадьбе на винограднике?

Винченцо помотал головой, заставляя себя вернуться к практическим вопросам.

— Нет, я больше там не живу. В прошлом году я купил себе дом.

Она не сумела сдержать облегченного вздоха.

Эмма пожала плечами. Ситуация достаточно сложная и без зрителей, наблюдающих и анализирующих каждый их шаг, ибо усадьба очень большая, и многочисленные родственники приезжают и уезжают, когда им вздумается.

Признаться, испытываю некоторое облегчение. Я боялась жить поблизости с твоими родственниками. Они никогда не одобряли меня.

Они не были в восторге от нашего брака, ведь по традиции я должен был жениться на сицилийской девушке.

В любом случае большинство кузенов сейчас находятся по делам в Северной Америке. Даже Сальваторе вернется только на следующей неделе.

Сальваторе — самый старший и самый критично настроенный по отношению к ней кузен.

А… сколько мы пробудем на Сицилии? — взволнованно спросила Эмма.

Ну, позволь тебя заверить, что я не планировал однодневный визит, — проговорил он с подчеркнутой медлительностью.

Эмма нервно затеребила пальцами воротник пальто, сознавая, что Винченцо показывает свою власть.

— Ты уже рассказал всем про Джино?

— Только то, что привезу своего сына познакомить с родней.

Она вглядывалась в его лицо в поисках подсказок.

— И как они это восприняли? Задавали вопросы?

Они бы не посмели. Это было бы вмешательством. Я не ищу ничьего одобрения тому, что случилось, Эмма. Это есть и остается личным, только между нами двумя.

Их глаза вновь встретились.