Замолчали женщины, примолкли дети, стало отчетливо слышно, как шумит лес и стонут раненые.
— Чего стоим? Кого ждем? — раздался решительный голос одного из спасителей, — Сносите всех раненых к одному фургону. Я погляжу, чем можно помочь.
Люди, спохватившись и придя в себя от удивления, начали быстро двигаться от одного тела к другому. Раненых бандитов оставшаяся охрана просто добивала, а всех своих осторожно переносила в одно место, где уже стоял на коленях один из парней, низко наклонившись над главой каравана.
Два следующих часа молоденький целитель и женщины занимались ранеными: промывали раны, шили, накладывали повязки.
Непострадавшие мужчины стаскивали в одну яму убитых разбойников, предварительно обыскав их в поисках трофеев. Наконец-то спустя три часа караван был приведен в порядок и готов был тронуться. Все раненные остались живы, чувствовали себя на удивление неплохо, не смотря на ранения различной тяжести. Лошади остались невредимы, места раненых возниц заняли женщины и дети постарше.
К удивлению главы каравана и воинов охраны, их спасители не собирались к ним присоединяться. Они отказались от предложенного вознаграждения. Взяли лишь немного продуктов и, заявив, что они двигаются совершенно в другую сторону и на караван наткнулись совершенно случайно, беззвучно растворились в лесу. Ошеломленные люди стояли, не двигаясь, еще несколько минут. Затем заговорили все разом, делясь впечатлениями.
Воины обсуждали то, что поразило их больше всего — у бандитов, поверженных пришлыми помощниками, не было ни каких колотых или резаных ран.
Парни уложили всех простыми посохами, и самое главное — один из них был слепой!!!
Перед тем как уйти, на вопрос самого младшего мальчишки из каравана — «Как ты видишь, если не видишь?» — незрячий воин звонко рассмеялся и, легонько шлепнув любопытного концом посоха по пятой точке, произнес: — «Вижу ушами. Слышу! Вы все очень шумные. Громко дышите, громко ходите и громко ветры пускаете».
Все вспоминали, сколько смеха вызвали эти пояснения, и как посветлело у людей на душе после этой шутки.
Женщины восхищались умением второго воина обрабатывать раны. Одна из них даже предположила, что парнишка слабенький маг-целитель, потому как слишком хорошо себя чувствовали тяжелораненые.
Дети все до одного были решительно настроены учиться драться палками, а то, что это не палки, а посохи их волновало меньше всего.
