***Уже почти стемнело, когда в нашу сторону наконец-то направились фургоны тех, кого мы ждали с таким нетерпением. Услышали мы их приближение давно, и это только распалило наше любопытство. Они еще только спускались в ложбину и не видели нашего костра, а у меня в голове уже прозвучало предупреждение Багиры.
«Кровью пахнет. У них в фургоне истекает кровью человек. Что-то случилось!»
Что-то действительно случилось, на главе этого небольшого сообщества просто не было лица. Мы обменялись с ним ритуальными фразами приветствия, после которых артисты принялись располагаться возле костра.
Все были заняты делом, постепенно представились. Познакомились с нами, но тревога настолько захватила их всех, что даже мнимая слепота моей сестры почти не привлекла их внимания. Ужин прошел в напряженной обстановке и виной этому были не мы, а больная, находящаяся в фургоне, за которой по очереди ухаживали молодые женщины. За лето мы приготовили несколько эльфийских снадобий и конечно взяли их с собой: кровоостанавливающие, восстанавливающие кровопотерю и очень сильное средство, придающее сил.
Сейчас, пока мы изображаем внуков сильной знахарки, они нам точно пригодятся. Как бы узнать, что случилось у наших новых знакомых, а то боюсь им не до нас и уж точно не до песен. Да и женщина стонет так, что буквально душу выворачивает, правда уж очень тихо.
«Багира! Походи вокруг фургона с больным человеком. Изобрази беспокойство. Мне нужен повод для расспросов».
***Семья актеров готовилась к ночному отдыху, но все их тревожные думы были связаны с Любавой.
Выдержит ли она еще один дневной переход? Переживет ли ночь? Дилон переживал, как и все, но еще думал о том, что они встретили очень интересных ребят и при других обстоятельствах дотошно бы их расспросили обо всем и познакомился бы поближе, но сейчас всем просто не до них.
Внезапно с места поднялась кошка, все застыли, а она негромко порыкивая начала обходить именно тот фургон, где находились роженица. Слепая девчушка настороженно приподнялась и обернулась в ее сторону, чутко прислушиваясь к ее рычанию, а паренек спросил:
— Кто у вас в фургоне? Почему так встревожена кашна? Так она реагирует только на кровь.
Задав эти вопросы требовательным, полным подозрений голосом, он подозвал свою охранницу назад, и уложил у ног вновь севшей к костру сестры.
Как ни странно, Станив ему ответил."
"— У моей жены начались роды. Она мучается уже второй день и не может родить. Потеряла много крови и слабеет прямо на глазах.
