Эмиль сейчас даже не мог представить, что этого надменного инопланетника могли разложить в гаремном зале, как и любого новичка. Это было просто невозможно!
— Что, Эль, жалеешь, что спас тогда мою задницу? — инопланетник смотрел на него странно — ласково-насмешливо. И, в то же время, он спрашивал как будто всерьез.
Эмиль попытался найти достойный ответ, но Кристиан продолжил сам:
— Я тебе благодарен. Правда.
***— Ну, и что теперь мне с вами обоими делать?
— Честно? Не знаю, — ответил Крис. Эль меня боится. Да, я знаю, что я ревнивый, но не думал, что это так заметно со стороны.
Когда я сюда приехал, то принял все правила Венги. Ну, по крайней мере, вменяемые правила. А то, что у моей госпожи будет другой мужчина или мужчины — я к этому был готов еще на Земле. То, что это Эмиль, меня даже радует в какой-то мере.
Анита посмотрела на Кристиана, озвучивающего нереальные для континентального мужчины вещи. И он действительно так думал и ни в чем ее не обвинял.
— Скажи, тебе Эмиль нравится?
— Да. И я что-то не знаю, что мне с этим делать.
"
"— А он тебя боится, потому что не знает, чего ждать. Ты его Верхний, и он делит с тобой госпожу. Для венговского парня это веский повод для опасений. Для тебя совсем неприемлимо быть ему на самом деле Верхним?
Крис точно такого не ожидал. Он просто уставился на свою хозяйку, пытаясь понять, где именно он ослышался. Анита улыбнулась:
— Да, ты слышал именно то, что я сказала. И я знаю, что ты будешь бережен и осторожен, а для Эмиля такие отношения в порядке вещей.
Так и не ответивший ничего Кристиан взглянул на Эмиля. Тот смотрел на него как-то странно. В его взгляде было и опасение, и любопытство, и предвкушение, и, кажется, даже обида от того, что Крис все еще сомневается.
Кажется, все его толкают на что-то совершенно невозможное…
— Госпожа, а вы будете смотреть?
— Я могу уйти, точнее, вы можете уйти сейчас из этой комнаты, но тогда ничего не решится. Подойди-ка ко мне, — Крис приблизился, и она продолжила вполголоса — ты его хочешь?
— Думаю, вы уже сами догадались, госпожа.
Я, вообще-то, сам в шоке, до сих пор выдохнуть не могу.
— А он?
— Я надеюсь. Хотя его так запугали… Честно говоря, я сам больше всего бы хотел это знать. Насильником я никогда не был и становиться не собираюсь.
— Ну, значит, соблазняй! Сама не могу поверить, что руковожу процессом соблазнения одного своего мужчины другим, — Анита прыснула, уже не сдерживаясь, — извиняет меня только то, что здесь подобное в порядке вещей.
