Темные волосы — это Кристиан! Он молчал, сжавшись, подтянув колени к животу, только хрипло и тяжело дышал. Я бросился к нему, попробовал обнять за плечи:
— Крис, что случилось? Тебя наказали? Как? — он повернул ко мне мокрое лицо, губы закушены до крови, в глазах такой ужас! И еле выдавил:
— Больно… Эль, что это?
Судя по тому, что он руками пах прикрывает и корчится от боли, вот и сейчас его буквально выгнуло… Змеиный яд! Кто-то из госпожей его так наказал — намазал змеиным ядом и, похоже, воды плеснул.
Это же адская боль, я-то знаю! Что же я жду-то, надо иши нести, мог бы сразу догадаться.
Поднимаюсь — и вижу госпожу Таисию, которая, оказывается, так тихо у стены стояла… А я даже по сторонам не смотрел, сразу Криса спасать кинулся. Перед госпожой даже на колени не встал, а сейчас… да поздно уже сейчас! Да, ждет меня сегодня то же самое — со змеиным ядом — за неуважение к госпоже.
Ладно, это все — потом! Сейчас Крису надо помочь, пока он с ума от боли не сошел.
Я снова вылетел за дверь, вспоминая, где у меня лежит заначка иши, и чуть не налетел на нашу госпожу! Матерь Всего Сущего, спасибо, что я вовремя заметил и остановился, страшно подумать, что было бы, если бы я ее толкнул!"
"Видимо, госпожа Анита тоже слышала крик и спешила.
А увидев меня, первым делом спросила:
— Эмиль, что случилось, кто кричал?
— Госпожа, Криса наказали, это змеиный яд, я пошел за иши. Пожалуйста, разрешите мне, я сейчас… — с этими довольно бессвязными словами я унесся в сторону своей комнаты, по дороге подумав, что наша госпожа может сейчас убить госпожу Таисию…
Крис
Что-то я расслабился и перестал вести себя в этом новом доме как в тылу врага, за что и поплатился.
Шел по коридору, погруженный в свои мысли, и чуть не столкнулся со Старшей Хозяйкой — Таисией. Я, видимо, в этот момент вообще соображал плохо, потому что, вместо того, чтобы сразу на колени падать, некоторое время тупил, глядя на нее и соображая, как я должен поступить. И дождался — мне сказали: «Иди за мной!» и, естественно, пришлось последовать приказу.
Когда мы подошли к комнате наказания, я понял, что происходящее мне очень не нравится. Я догадывался, что нарушил, наверное, не одно местное правило, и мне стало очень неуютно. Вроде бы до этого я как-то женщин и не боялся, а тут посетили очень нехорошие предчувствия. Но не буду же я хвататься за дверь, молить: «Тетенька, только не бейте меня!» или, того хуже, требовать позвать мою хозяйку.
