Эти взгляды придавали кураж и заставляли то и дело приглушать довольную улыбку на губах.
Помня о том, что лучшее украшение девушки — красивый мужчина рядом, Анита сегодня не стала особенно наряжаться. Она никогда не принадлежала к тем, кто встает в 4 утра, чтобы быть готовым к мероприятию в 10 вечера. К тому же перед новогодними праздниками всегда возникала тысяча дел, требовавшая ее непременного участия, поэтому сегодня она собиралась просто отдыхать. Кристиан был в том самом облюбованном Анитой синем костюме, она сама — в простом бирюзовом платье.
Молодая и красивая пара привлекала любопытные взгляды. К их столику несколько раз подходили знакомые поздороваться. Анита с ослепительной улыбкой представляла им Криса: «Мой молодой человек, Кристиан», Кристиан улыбался не менее ослепительно.
Шоу-программа в «Семи футах» всегда была на высоте, обслуживание — тоже, не зря место было «свое». Анита повернулась к своему спутнику, собираясь поинтересоваться его впечатлениями, и замерла. С ним явно происходило что-то не то: на губах застыла вежливая полуулыбка, а глаза метались по залу, словно ища кого-то.
Она дотронулась до его руки, и Крис вздрогнул, словно просыпаясь. Подтверждая это, он взглянул на нее, явно не узнавая, пытаясь найти ее образ в памяти. Пришлось взять его руки в свои, надеясь, что для случайных свидетелей это будет выглядеть просто внезапной вспышкой желания. Руки были холодными и казалось, что где-то внутри Кристиана сотрясает дрожь. Анита гладила его пальцы, стараясь одновременно согреть и успокоить, не зная, как она поступит, если Крис так и не посмотрит на нее осмысленно.
Почему-то совершенно не было досады: «Ну вот, испортил мне вечер!», просто хотелось привести его в чувство и утащить домой, а уже там реанимировать по-настоящему.
У него явная паника, вот только из-за чего?
— Крис, что случилось? Посмотри на меня. Тебя что-то напугало, кого-то узнал? — его взгляд продолжает блуждать по сторонам, бледность заметна даже на смуглой коже, над верхней губой капельки пота, а дыхание она даже не слышит — чувствует, держа его за руку.
Если ему станет хуже, то плевать на окружающих, придется приводить в чувство прямо здесь, как получится!
Но, кажется, приступ проходит, и на Аниту снова смотрит ее смущенный спутник. Он восстанавливает дыхание, пытается что-то сказать и тут его накрывает осознание происходящего — вина, смущение, страх за свое поведение.
— Госпожа, простите… я испортил вам праздник.
— Все нормально.
