Поэтому его порой очень легкомысленное отношение к жизни — это скорее результат того, что он видел в этой жизни более чем достаточно.
— Да, но еще не видел того, чтобы обычный маг мог обойти это плетение, — отвечает на мои мысли Мариано. — Это может случиться только в одном случае…
— Если этот маг уже на пути к становлению Мастером, — заканчиваю за него я.
Именно так, по-другому быть не может. Потому что это огненное плетение — это прыжок выше головы, как говорил мой отец. Оно из арсенала Мастеров, и я научился ему только благодаря Мариано.
Но сейчас… Пылающего мага нигде нет, плетение напряженным магическим клубком лежиту границы источника, снятое, но не обезвреженное до конца. Напрашивается только один вывод: маг видел плетение и даже попытался его уничтожить, но когда не вышло, и он понял, что обнаружил себя, ушел. И, судя по остаточному магическому следу…
— Либо портальным артефактом, которые на острове не работают, либо сам создал портал, — заканчивает за меня мысль Мариано, прикрывает глаза и медленно вдыхает.
— Причем в другой мир.
И это еще одно доказательство того, что маг сильнее, чем мы могли предположить.
— Кто-то поставил целью сделаться Мастером? — делаю безумное предположение.
Мариано задумчиво кивает. Он смотрит на источник, но словно не видит его. Я знаю этот взгляд: он знает больше, чем говорит. Но сейчас его спрашивать бесполезно, потому что, по мнению эльфа, эти знания должны прийти в свое время."
"Ну и что мне с этим всем делать? По академии ходит недомастер, который подбирается к источнику, там же моя истинная, которая любит находить себе приключения в самых неожиданных местах, и адепты, которые (как и все нормальные молодые маги) обожают нарушать правила.
Ну и вот какая, спрашивается, помощь от эльфа?
— Большая, — усмехается остроухий. — Вот на, например, почитай. В легендах часто кроется истина. Для истинной.
И уходит. Просто, демоны его поберите, уходит, а я остаюсь, пялясь на книгу “Легенды и сказания о Драконьих свершениях”.
Зачем мне эти сказки?
Глава 25
Горячие губы дракона касаются моих, и я, кажется, забываю дышать.
Волна мурашек прокатывается по телу, когда Джер обхватывает нижнюю губу, я еле сдерживаю стон. Никогда, ни в один из моментов моей супружеской жизни я не испытывала ничего подобного. Так ярко и чувствительно, кажется, каждая клеточка моего тела отзывается на движения Джера.
Центр груди жжёт и покалывает, но не больно, а приятно. “Метка!” — понимаю я. И в этот момент меня охватывает ужас.
