Не потеряй меня

Сын, которого Варя ему так и не подарила, потому что после тяжелых родов лишилась возможности стать матерью во второй раз.

Она смотрела на свое отражение и чувствовала, как отчаяние душит ее, сжимая сердце в ледяном кулаке. Стриженная налысо, худая и бледная женщина, с темными синяками вокруг глубоко запавших глаз – вот кем она стала. Теперь ее вес составляет всего лишь сорок килограммов, как у жертвы анорексии. Она не может сидеть, не говоря уже о том, чтобы ходить. Ее руки постоянно дрожат, она не может удержать даже ложку.

Варя знала, что приехала сюда умирать…

Первая мысль: она спит.

Вторая: она умерла и попала в ад.

По-иному не скажешь. И дело даже не в том, что она лежит щекой на раскаленном песке, а сверху нещадно палит солнце. И не в том, что этот песок хрустит у нее на зубах, горло саднит от жажды, а каждая мышца в теле болезненно ноет…

– Долго ещё собираешься прохлаждаться, нун? – язвительный голос неприятно резанул обострившийся слух странным звучанием.

Варя вздрогнула и открыла глаза.

Перед ней, присев на корточки, примостился странный субъект в смешных ярких одежках и с недовольством рассматривал ее. Еще не вполне понимая, где она и что с ней, Варя решила, что это женщина, причём, размалеванная, как матрёшка. Но стоило ей присмотреться к нему повнимательнее, как девушку пробил нервный смех.

Господи, это мужик! Толстый, откормленный тип лет сорока с напомаженными губами, подведенными, как у Нефертити, глазами и тремя подбородками.

Захотелось потрогать его, чтобы удостовериться в том, что он действительно существует. Нет, ну приснится же такое. Наверное, это все еще действует наркоз…

– Вставай! – произнес он с неожиданной злостью. А потом поднялся и ударил Варю под ребра носком сапога.

Та вскрикнула и свернулась клубочком. Место удара вспыхнуло резкой болью. В голове помутилось.

Господи, это же сон? Просто кошмарный сон. Это же не может быть правдой?!

– Вставай, нун, иначе опять достанется от хозяина! – раздался встревоженный женский крик с другой стороны, и Варя сквозь слезы увидела двух странных женщин, бегущих к ней босиком по песку.

Она не могла поверить своим глазам. Незнакомки были худые и грязные, из-под рваных подолов торчали тощие ноги, сбитые в кровь, из рукавов – исцарапанные руки, а кособокий ворот открывал выпирающие ключицы. Лица женщин закрывали платки, накинутые на голову таким образом, что на виду оставались только глаза.