Во время пьяного застолья Нефедов выудил у Мамедова сведения о родне, так что тот почти и не заметил этого! Но, приехав в Закаталы, сообразил, что появляться у родни Мамедова не следует. Этот вариант Нефедов просто держал в запасе. В Закаталы он приехал, поскольку не мог знать, что мы задержали Мамедова.
— А что золото? Мы можем похвастать, что все вернули государству?
— Похвастать можем, Но вернули не все. Чуть больше половины. По дороге на Кавказ Нефедов сумел сбыть еще несколько вещиц. Ну а остальное нашли при обыске в том доме, где он остановился.
И где спрятал — в собачьей будке. Там собака — с вас ростом, Иван Константинович.
— Ладно, — хмуро сказал Рожнов, недовольный сравнением с собакой. — Пошли. Генерал ждать не любит.
ТАЙФУН
Повесть
Глава первая
За какой-то час тайфун накрыл остров плотными, тяжелыми тучами. Вечер наступил раньше обычного, это было заметно сразу. Сумерки сгустились уже к трем часам, а низкое сахалинское небо, казалось, совсем легло на крыши домов.
Было что-то гнетущее в надсадном вое ветра, в снегопаде, в размытых контурах человеческих фигур.
И даже когда совсем стемнело, на фоне окон и витрин в свете уцелевших фонарей было видно, как валит снег. Лохматые, взъерошенные снежинки шли сплошной массой. Сугробы набухали, затопляли улицы, подбираясь к подоконникам нижних этажей. То, что мягкой тяжестью валилось сверху, вряд ли можно было назвать снегом — словом, за которым с детства видится что-то праздничное. Шел совсем не тот снег, который так украшает новогодние улицы, ресницы и так красиво ложится на провода, крыши, заборы.
Это была уже стихия.
Завязшие в снегу автобусы, такси, грузовики оставались на улицах, напоминая вздувшиеся сугробы. По городу разъезжали лишь вездеходы и тягачи местного гарнизона. Их почти не было видно в снегопаде, и люди шарахались в стороны, издали заслышав грохот сильных моторов, скрежет гусениц. Тягачами пытались если не расчистить, то хотя бы наметить место, где раньше была дорога, чтобы потом, когда все утихнет, не срезать бульдозерами вместе с сугробами кустарник, клумбы, деревья.
После каждого бурана улицы превращались в глубокие траншеи, и очередной снегопад заносил их быстро, намертво. За зиму дороги поднимались на несколько метров, и никого не удивляло, когда к весне машины ходили на уровне второго этажа.
В магазинах расхватывали хлеб, консервы, рыбу. К вечеру очереди стояли уже за детской мукой, за пряниками, печеньем.
