Давно его не было, а вчера, надо же, заглянул.
— А жена старика? Жива?
— Жива, — кивнула женщина. — Но тоже с ним не живет. К сестре перебралась. Давно, уж лет восемь, а то и все десять, как ушла.
— В таком возрасте люди обычно не уходят, поздновато уходить-то?
— Запивать начал старик, тут уж хочешь не хочешь, а сбежишь. Потом какие-то у него начались завихрения насчет дома. Чуть что — выгоню, кричит, хотя все понимали, что выгнать он не может, нет таких законов... Но и радости от такой жизни тоже немного.
Помаялась Федоровна, да и перебралась к сестре.
— Она заходит к старику?
— Нет, никогда не видела, — ответила женщина.
— У нас бывает, если праздник какой случится, еще чего, — добавила вторая. — Зайдет, чайку попьет, всегда спросит о старике, а проведать — нет. Нарочно, бывало, выглянешь — постоит, на окна посмотрит, видно, хочется зайти, не один десяток лет здесь прожила, но нет, мимо идет. Даже не оглядывается, будто боится, что слабинку допустит, не совладает с собой, да и постучится к мужу-то.
..
— Кто еще жил в доме? — спросил Демин.
— Дергачевы, квартиранты. Муж и жена.
— У него все время жили квартиранты?
— Жили, но не задерживались. Капризный был старик, вмешивался во все. Дверь между половинами дома ни за что не хотел заколачивать, хотя любому удобнее с отдельным входом. Но старик был против.
— А эти, Дергачевы, давно у него жили?
— С осени, а, Мария? — повернулась пожилая женщина к соседке. — Въехали, тепло еще было.
— Понятно. — Демин вышел на яркое солнце и невольно вздохнул, стараясь освободить легкие от тяжелого, пропитанного гарью воздуха.
— Вчера, кроме сына, были еще гости?
— Вроде приходили, а, Мария? — пожилая женщина вновь за советом обратилась к молодой. — Были, а вот кто... Какие-то все они на одно лицо. Весь день туда-сюда шастали. То один придет, то сразу двое, то кого-то уводят...
— Почему уводят?
— Не могут сами уйти, вот и уводят... Зинку вчера опять чуть не волоком тащили. Борисихина ее фамилия.
Муж за ней приходил. Как Зинки дома нет, он первым делом к Жигунову... Никто ее здесь не ругает, знай, подливают да тосты за здоровье произносят.
— Значит, сын приходил, Зинка, ее муж... Кто еще?"
"— И еще были... Но тех не знаю. Да и присматриваться мне незачем. У них каждый день что-то празднуют.
— Понятно. Спасибо. Положение проясняется. Что-то наших оперативников не видно...
— А вон они, в саду, — подсказала Мария. — Возле забора ползают.
