Не прощаюсь

 – Это мандат за подписью командующего, приказывающий чинам всех частей и ведомств оказывать действительному статскому советнику Фандорину всемерную поддержку. Подумайте, Эраст Петрович. Очень вас прошу. И от имени Владимира Зеноновича, и лично от себя.

Грозное оружие: танк «уипетт»

– У Романова что-то случилось. Что-то очень плохое, – сказала госпожа. – Ты видел, какой у него взгляд?

– Известно что. Убили его лучшего д-друга князя Козловского.

Мона-сан с сомнением покачала головой, но больше ничего про это не сказала, а взяла свои карты.

– Вскрываемся? Все деньги на кону.

Маса невозмутимо выложил один за другим три короля. Изобразил панику, когда она точно так же предъявила три туза. Тогда кинул сверху четвертого короля и ахнул, когда сверху по нему шлепнул червовый туз – тот самый, которого Маса недавно скинул.

– Продулся, сын микадо! – засмеялась госпожа, сгребая все деньги.

Она жульничает, а я ничего не заметил, восхитился Маса. О, какие ловкие у нее руки!

А госпожа озабоченно поглядела на Фандорина, сосредоточенно пощелкивавшего своими зелеными четками, наморщила нос, повздыхала.

– Ладно, Эраст. Я знаю эту твою повадку. Что у тебя на уме?

– Я только сейчас п-понял… Моя ошибка состояла в том, что я разматывал одну нить, а их две. В городе два красных подполья, возможно, не связанных между собой! То-то у меня не складывалось! Эта ситуация мне з-знакома. При старой власти точно так же соперничали Охранка и жандармы. Бывало, что они даже помогали террористам убивать конкурентов из смежного ведомства.

Вот что означает анонимный звонок! Гляди, Маса. Здесь организация Заенко с собственным информатором. А это вторая организация, центр которой находился в ч-читальне…

Он начал рисовать на бумаге кружки и линии, но поймал на себе взгляд жены и сбился.

– Что-то мне нехорошо, – слабым голосом произнесла госпожа. – Сосет под ложечкой и внизу живота тянет. Милый, сделай мне поскорее ту настойку, которую мы получили от доктора…

Господин бросился в ванную, а Мона-сан тихо сказала:

– Маса, что мне делать? Я же вижу, ему очень хочется довести расследование до конца.

Утром я была у профессора Либкинда, он категорически против того, чтобы я ехала куда-то по железной дороге. Там тряска, не дай бог аварийное торможение. Говорит, подождите еще две недели. Но две недели это очень много. Эраст изведется от бездействия, а я изведусь, глядя на его мучения. Как быть?

– Если вы хотите уезжать, мы уедем, – ответил Маса, счастливый тем, что она с ним советуется.