Не прощаюсь

«В Лозанну прибыла миссия из красной Москвы с целью добиться для России статуса полноправного участника грядущей международной конференции по черноморским проливам. Это первый официальный демарш большевистской дипломатии со времен…»

Дальше читать не стала.

Маса ткнул пальцем в самую нижнюю строчку.

– Военный руководитель делегации. Видите?

– …Ты знаешь, где они остановились? – спросила Мона после долгой паузы. Залезать обратно в кровать ей расхотелось.

– В отеле «Бориваж-палас».

Угловой номер «люкс» лучшей лозаннской гостиницы выходил окнами на эспланаду и озеро.

Это был один из самых знаменитых видов в мире, но ладный военный в отлично сидящем френче с малиновыми «разговорами» не обращал на чудесный бельвю никакого внимания. Он сидел за письменным столом и быстро писал на бумаге мелким, удивительно аккуратным почерком.

– Да? – сказал он, приподняв голову с идеальным пробором.

Скрипя лаковыми сапогами, вошел помощник, высокий брюнет, такой же подтянутый, как начальник.

– Товарищ комкор, к вам посетительница.

 – И после короткой паузы, со значением, прибавил: – Назвалась госпожой Фандориной.

Военный руководитель делегации слегка изогнул бровь, задумчиво потер орден в розетке из кумача.

Поднялся, подошел к окну.

– Сказать, что не принимаете?

– Отчего же. Только…

Комкор неопределенно пошевелил пальцами, но помощник понял.

– Само собой. Если откажется подвергнуться обыску – не пущу.

Но посетительница не отказалась. Пока брюнет в соседнем помещении медленно и обстоятельно ее обшаривал, она стояла без движения, с отсутствующим выражением лица.

Когда ей сказали: «Можете войти», – так же бесстрастно вошла.

Орденоносец встретил ее с чрезвычайной вежливостью – наклонил голову, щелкнул каблуками.

– Елизавета Анатольевна, какими судьбами?

Мона внимательно его разглядывала, словно к чему-то прислушивалась.

– Чем могу? – спросил он. – Вы ведь знаете, я лицо официальное, один из руководителей советской делегации, а вы, я полагаю, белоэмигрантка.

Есть настороженность, есть любопытство, определила Мона, явственно слыша звук флейты.

И что-то еще. Радостное волнение. Ему приятно меня видеть. Но это не мужской интерес, нет. Скорее торжество.

– Здравствуйте, Аркадий Сергеевич, я только хотела узнать, где сейчас Алексей Парисович Романов. Мне известно лишь, что тогда, осенью девятнадцатого, он перебежал к красным. Быть может, вы его встречали?

– Романов служит в ГПУ. Вы ведь знаете, что это такое? Мы иногда видимся по служебной необходимости.