Онлайн-библиотека книг
Он сказал «своих»? Я не ослышался?
– А ты что, не будешь свою слушать?
– Я всё знаю о её прошлом, Люда сама всё рассказала. Так что не вижу смысла уши греть.
– А вот моя молчит как партизан. Так что у меня выбора нет. – Я развёл руками и тут же перешёл к не менее важной части разговора: – И ещё, вы не могли бы с Людой быть нашими свидетелями?
Глеб после моей просьбы резко остановился.
– Не понял? К чему такая спешка?
– Чем скорее подготовим документы, тем быстрее мальчишку заберём.
– Понятно, фиктивный брак.
Ага, сейчас!
– Ну, для Сони якобы да.
– Нечестными методами действуешь, – покачал он осуждающе головой.
– Обстоятельства вынуждают."
"Я повторно развёл руками. Ну а что я могу сказать в ответ? Мол, у моей есть страшная тайна, и она нам мешает быть вместе?
– Фото пацана есть? Твоя мать полседьмого позвонила, чуть жену не разбудила. Утверждает, что ребёнок твой.
Не мать у меня, а кость в горле, причём уже не у меня одного!
– Да не я его биологический отец! Задолбали уже! Вначале Соня, потом мама.
Глеб внимательно посмотрел и дал понять, что успокоит мою неугомонную мать:
– Успокойся, я тебе верю. Хотя можно было и сыграть на этом, мол, ты родной отец его и только узнал о существовании сына.
– Думаешь?
Я завис, прикидывая, может, и правда такой финт провернуть? Но потом решил, пусть будет всё по-честному.
Пришли к Марату и так не успели рассказать, что у нас нового. Потратили время на пустой трёп. Первый начал прослушивать Марат, мы же с Глебом вышли. Недолго длилось наше уединение – Марат вышел угрюмый и дал знать, что пришла моя очередь. Зашёл в кабинет, расположился в кресле и, затаив дыхание, приготовился к речи Сони. Но девочки пока молчали, по их всхлипам я понял – они плакали. Видать, история у Юли чертовски болезненная. Вон и Марат вышел, как тень.
– Юль, то, что ты пережила, меня потрясло. – Всхлипнула Соня. – Но ты молодец, несмотря на все трудности, выстояла и дала жизнь Алисе. А вот я… – Рваный вздох, и чуть слышно: – Потеряла свою кроху…
Болезненный удар сердца буквально оглушил меня, когда услышал «потеряла свою кроху».
– Ты хочешь сказать… – тихий голос Люды.
– Да, я была беременна, но… – Голос Сони надломился, и она замолчала.
