Онлайн-библиотека книг
Она раскрыла свои объятья, Ромка, не смутившись, подошёл к ней и обнял в ответ. Видимо, когда жена ездила к нему, уже приучила к обнимашками.
– Вот теперь утро действительно доброе, – поцеловав его в макушку, произнесла она с нежностью. – Хотя нет, – подходит ко мне и, приобняв за талию, целует в щёку, – вот теперь всё.
Жена села за стол и взяла бутерброд с икрой, откусила кусочек и от удовольствия закрыла глаза.
– М-м-м, ничего вкуснее не ела…
– Это рецепт дяди Кирилла, – смутившись, пробурчал малец.
– Он вкусный не из-за рецепта, а потому что сделан твоими руками.
Рома посмотрел на меня, ожидая, что я на это скажу.
– Отдаю лавры первенства тебе, жена говорит правду. Я, между прочим, её вкусняшками и завоёвывал вначале. Так что бери на заметку. Влюбишься – корми вкусно, ни одна девушка с хорошим аппетитом не сможет устоять.
– Ты забыл сказать, что у меня на глазах выкинул курицу и блинчики, – хохотнув, напомнила Соня.
Рома удивлённо посмотрел на меня.
– Она была приготовлена в магазине.
– Теперь понял, я раз несколько травился, очень плохо было.
Позавтракав, мы дружно всё убрали, и мы с Романом уединились в кабинете, стали составлять распорядок дня. Он очень ответственно к этому отнёсся, спрашивал, для чего это нужно. Договорились, что утро начинается со стакана сока или молока и зарядки.
– У нас гости. – И так загадочно посмотрела на Ромку.
– Пошли, познакомлю с очень хорошей девочкой. Только будь с ней немного мягче, Алиса у нас очень нежный цветок, но с очень добрым сердцем. Тебе она понравится.
– Девочка? – как-то стушевался малец.
– Она дочка наших друзей. – И тут же, подмигнув, добавил: – Не бойся, она не кусается.
– Да я, собственно, и не боюсь, просто с девочками как-то не общался раньше, они же вредные.
– Это ты так говоришь, потому что Алису не знаешь, она чудо. – Соня протягивает свою ладонь, Ромка, тяжко вздохнув, подал руку и пошёл знакомиться.
Стоило нам выйти в холл, я поняла, что означали слова «тяжёлая артиллерия»: с мамой пожаловали в гости родители Марата – Светлана Николаевна, Рустам Эмильевич – и отец Глеба. Алиса же смущённо выглядывала из-за спины бабушки.
– Доброе утро… – начал я, открывая руки для объятий.
