Не провоцируй, белочка!

 — Это никак не скажется на качестве моей работы, — добавляю специально, чтобы у Алмазова не возникло желание попросить меня вместе с моими проблемами. От этой мысли кончики моих пальцев похолодели.

— Ты меня за кого принимаешь?! В гробу я видел эту работу! — я привыкла, что он держит эмоции под контролем, а тут меня чуть через дверь не вынесло. — Не лги мне, я же просил! — он подошел, схватил за плечи и встряхнул. — Не будешь ты реветь из-за простого недопонимания! Я когда в первую ночь выгнал тебя, ты на улице сидела, не знала куда пойти, но держалась! Меня взглядом посылала! — посмотреть бы на себя со стороны.

Стою, хлопаю глазами и не знаю, что сказать. Он все это время анализировал мои поступки? — Я тебе помощь предлагаю.

«Данайцы дары приносящие»… — почему-то тут же возникла в голове эта мысль. Зачем ему мне помогать? Не верю я в мужскую бескорыстность.

— Спасибо, Ренат Георгиевич, — как можно искреннее произнесла я, чтобы скорее отстал. — Понимаете, посторонние люди не могут задеть за живое своими поступками, поэтому и слез нет, а близкие даже одной обидной фразой могут сделать больно.

 — я могла гордиться собой, голос ни разу не дрогнул. Хозяин дома еще какое-то время меня не отпускал. Изучал, хотел докопаться до правды, а я не дрогнула, не выдала себя ни одним жестом.

— Пусть будет так. — сделав одному ему известные выводы, он отступил. Внешне понять, о чем думает Ренат, было невозможно, но я почему-то была уверена, что он мне не поверил.

— Я могу идти? — я знаю, что допрос окончен, но мне все равно не по себе.

Кабинет огромной, а мне сложно дышать. Ренат своей энергетикой заполнил все пространство, нас разделяет расстояние в пару метров, а у меня кожа горит. Как так? Алмазов меня уже не касался, а я все еще чувствовала его руки на себе? Во всем виноват его взгляд, он не отпускает, держит.

— Макс пригласил тебя на пикник? — я киваю, но прежде чем добавляю отказ, он продолжает: — Иди, переодевайся, мы тебя ждем. И куртку накинь, на улице солнце, но оно практически не греет.

— Я бы не хотела вам мешать. Да и работу я еще не закончила, охрану ужином надо будет накормить…

— Ребят голодными я не оставлю. Никаких отговорок. Считай, что это приказ, — его губы едва заметно дернулись.

— Алена может… — докончить я не знала как.

«Обидеться?.. Разозлиться?..»

Куда могла бы пойти Алена, я смогла прочесть по выражению его лица, но сказал он совсем другое:

— Попроси ее зайти ко мне.