Не провоцируй, белочка!

— Я правильно поняла, устав друг от друга, мы сможем заводить себе любовников? — я как-то против воли втянулась в это обсуждение. Настроение Рената после моего вопроса резко изменилось, он перестал улыбаться, а я продолжила: — Вы, конечно, можете приводить их и дальше в свой дом, а где мне встречаться с мужчинами? — кружка грохнулась о стол, содержимое расплескалось по столу. Алмазов смотрел на меня недобрым взглядом. Ему значит можно мне такое говорить, а я должна молча все глотать?

А что он хотел? Предложил мне стать его любовницей и даже не подумал о моих чувствах.

Зачем? Главное — его хотелки! А как при этом я буду себя ощущать в роли ни то любовницы, ни то жены, неважно. Даже соблазнить не попытался, сразу заявил, к чему мне стоит готовиться. И этот гад, мне как назло нравился! Будь он менее красноречив, но более обходителен, я бы может и сама соблазниться была бы рада! А сейчас меня понесло, а его испорченное настроение разжигало мой запал.

— Мы, конечно, пока жениться не собираемся, но лучше сразу все обговорить.

Хотя, не думаю, что найти место для встреч будет так уж проблематично. Есть же гостиницы, можно снять квартиру или съездить с любовником куда-нибудь в выходные. — Алмазов уже поднялся из-за стола и навис надо мной. Вроде понимала, что лучше замолчать, но страх куда-то пропал, во мне говорили злость, гордость и обида. — Можно что-нибудь придумать… Думаю, даже в салоне автомобиля с опытным любовником будет комфортно. А когда наступит лето…

Договорить мне не дали.

Мое тело резко вырвали из стула, кружка грохнулась на пол, когда я пыталась ухватиться за что-нибудь. Страх мигом вернулся, глаза Алмазова горели бешенством. Он вжал меня в свое тело так, что вздохнуть было тяжело.

— Еще слово и я прямо сейчас продемонстрирую тебе все плоскости и поверхности, на которых можно комфортно трахаться! — тело, словно обожгло. Еще до того, как он меня поднял под ягодицы и опустил на поверхность стола, я представила, что именно на нем он и примется демонстрировать свой опыт.

Ренат подтянул меня к краю, развел бедра и устроился между ними. Эрегированный орган уперся в мою промежность. Попой я попыталась отползти, но Алмазов так крепко держал меня за бедра, что это оказалось невозможным.

— У меня останутся синяки, — попыталась его облагоразумить. Рыкнув что-то нечленораздельное, Ренат набросился на мои губы. Жесткий напор спустя короткое время сменился на более нежный, я приоткрыла рот.