Не провоцируй, белочка!

Я понимала, что сбежать мне не удастся. Обернулась, а там люди в масках, подняв подмышки моих охранников, они поволокли их к запасной двери. Операция по моему похищению заняла не больше минуты.

— Помогите! — закричала я, что есть силы. Тут же чья-то рука зажала мне рот. Влажная тряпка плотно прижалась к моему лицу, вдохнула сладковатый запах…

— Что тут происходит? — донесся до меня незнакомый голос, но ответить я уже не могла, сознание мутнело. Степа принялся что-то объяснять…

Очнулась я в незнакомом доме.

Голова раскалывалась. Открыв глаза, осмотрелась. Рядом со мной на двуспальной кровати посапывал Марк. Мила сидела в кресле и смотрела в окно, через которое открывался отвратительный вид — серое небо и кованые решетки. Поборов тошноту я поднялась и села на край кровати, ноги опустила на пол.

— Ты решила сбежать в другой город? — спросила Мила, не отрывая взгляд от окна. В ее голосе не звучало упрека, скорее сожаление или безнадежность. — Пришла сегодня, чтобы с нами попрощаться?

— Как ты догадалась? Где моя сумка?! — взволнованно осматривая комнату, я уже осознала, каким будет ответ.

— Степа забрал, вместе со всеми украшениями и паспортом. — это был крах. Крах моих надежд на новую жизнь. Глупо было сегодня приходить в поликлинику, чтобы увидеться с родными, но если бы у меня все получилось, мы бы с ними вряд ли когда-нибудь еще встретились.

Я никому не говорила, что собиралась вновь бежать. Пока я лежала в больнице, заняться было нечем, но оставалось много времени для размышлений.

Меня привлек город Воронеж. Кулинарное училище имело много положительных отзывов, а главное мне предоставлялось общежитие. Большим плюсом являлось то, что меня могли взять на третий курс прямо сейчас, не нужно было ждать начала учебного года. Я даже связалась по телефону с двумя ресторанами, договорилась насчет работы. Сначала уборщицей, а там руководство посмотрит, может, и сделают меня в будущем помощницей шефа.

Украшения взяла с собой для того, чтобы сдать их ломбард. Решение далось мне тяжело. Много денег я бы с них не выручила. Ювелирные украшения дороги мне были, как память. Что-то дарили родители, что-то осталось от мамы. Я понимала, что никогда уже не смогу их вернуть. Расстаться с ними я долго не решалась, наверное, только поэтому и задержалась в этом городе.

Оставаться здесь дольше, я не могла.