Пить хочется невыносимо. Голос охрип от того, как сильно я кричала, а губы пересохли.
— Я пытался поговорить с тобой в тот вечер, но ты убежала, — произносит Кирилл, стоя прямо за моей спиной. — Поступки маленькой несмышлёной девчонки. И сейчас только и делаешь, что убегаешь.
Вопреки тому, что мне больно и противно от сложившейся ситуации, вибрации низкого бархатного голоса разносятся по всему телу и вызывают мелкие мурашки на коже. Ненавижу…
— Ты хочешь поговорить? Что ж, давай поговорим!
Я разворачиваюсь, смотрю на Самсонова снизу вверх, пытаясь улыбнуться.
Наверняка получается криво и неестественно. Впрочем, я больше не пытаюсь никого здесь впечатлить.
— Скажи, ты получил удовольствие сейчас? Кончил там, со своей Леной? Правду только скажи, раз уж ты у нас такой разговорчивый.
Кирилл качает головой, отводит взгляд. Тут и к гадалке не нужно идти, чтобы понять: после того как он осознал, что я застукала их вместе, у него хватило наглости завершить начатое. Уж я надеялась, что Лена как минимум прикусила ему член и Самсонову не до этого было.
— Ну почему же ты молчишь, Кирилл? — спрашиваю дрожащим голосом. — Правду. Я хочу услышать правду.
— Послушай, Вита, я тебе ничего не обещал, — сердится Самсонов. — Это было каким-то помутнением. Я не собирался распускать руки, всё само собой вышло.
— Кончил или нет?
— Для чего тебе эта информация? — Он непонимающе на меня смотрит.
— Так да или нет?
— Да! Да, Вита, да!
— Какой же ты всё-таки мудак!
Это получается непроизвольно.
Как говорит Кирилл: само собой. Взмахиваю рукой, целюсь, вкладываю в удар максимальную силу и даю Самсонову звонкую пощёчину.
Я вижу, как чернеют его зрачки. Он вскидывает от удивления брови и хватает меня за запястья, прижимает к стене, закинув руки над головой. Стакан, который я держала, со звоном падает на плитку, разбиваясь на мелкие осколки и разлетаясь по всей кухне.
На щеке алеет след от удара, Кирилл часто и шумно дышит, сверля меня потемневшими глазами. Но я ни капли его не боюсь, пусть хоть удушит от злости.
Если бы отмотать время на несколько минут назад, я поступила бы точно так же.
— Что ты творишь, дура? — повышает он голос. — Что за истерики? Ты мне не жена, я тебе не муж. Ошибся, притащив сюда любовницу. В следующий раз буду звать к себе на квартиру.
Я пытаюсь вырваться из плотного кольца его рук, потому что за короткий срок затекли запястья, но не тут-то было. Это кажется невозможным.
— Да пожалуйста! — отвечаю, скривив лицо.
