Таня рассматривала написанную на побелке икону – это точно была Богородица с младенцем, но такую версию она даже и представить себе не могла – ни в одном учебнике по истории не было информации о росписи стен в замках тринадцатого века. Конечно, она не специалист, но все, что Таня видела раньше, во время экскурсий, говорит о том, что этой фрески просто не могло быть.
Однако, Божья Матерь с нежностью и затаенной грустью взирала на своего сына, и все картина была пропитана теплом и светом материнской любви.
С трудом оторвавшись от прекрасного изображения, женщины двинулись дальше.
Через угловую полукруглую башню они поднялись на второй этаж и попали в очередной огромный зал. Таня не видела здесь ни дверей, ни стен – одно огромное помещение с такими же бойницами –окнами в стене. В дальнем углу было что-то похожее на кровать, а у глухой стены горели дрова в некоем подобии камина.
– Это что? – аккуратно спросила Таня у Флоренсы, когда поняла, что служанки отошли дальше.
– Это наши покои, – спокойно ответила Флоренса. Нужно решить где мы повесим ширмы, чтобы ты могла спать спокойно, если малыш будет ночами плохо спать. Предполагается, что он будет жить с кормилицей, но я их удивлю – он ни на шаг не удалится от меня, а если я заболею, устану, или умру, то от тебя, – стальным голосом произнесла Флоренса, но тут же сменила его на мягкий, и улыбнувшись продолжила: – не переживай, милая, я еще потопчу свои земли этими ногами, и выпью из Эдуарда столько крови, сколько смогу.
– Эдуарда? Ты о короле? – переспросила Таня шепотом.
– Да, о нем, но это знаем только мы двое, потому что наши мужья были лучшими мужчинами, и я не прощу даже королю своей потери. Это были гордые и сильные люди, живущие на своей земле, наши браки должны были объединить, помирить Эдуарда с Шотландией, которая могла дать своего короля, нужно было просто подождать, когда он подрастет. Хранители Шотландии не позволили бы себе ни единого шага на вред своему королевству, но Эдуард обманул всех: подкупил, запугал, убил множество людей.
И сейчас простой народ не знает, как им жить, кого бояться. Но в одном они уверены – нельзя покоряться ему, – с гордо поднятой головой закончила Фелисия, и направилась в сторону кроватей.
Таня вспомнила Уильяма, вспомнила как он был непоколебим в своей уверенности, что победа будет на их стороне, в том, что он делает то, что Бог держит под своей сенью.
