– А если нет, придется искать деньги… Или продать что-то ненужное, но, чтобы продать что-то ненужное, нужно сначала купить что-то ненужное, а у нас, Шарик, денег нет, – прошептала она голосом кота из мультфильма и засмеялась. На душе почему-то было подозрительно легко. Так легко было только когда мама была здорова, когда жизнь казалась безоблачной и длинной. Она не понимала откуда это чувство.
Из донжона вышла Флоренса и осторожно, словно опасаясь, что ее заметят, с Тиной прошла к самой красивой угловой башне, где, судя по всему, располагалась капелла.
Таня не успела расспросить об этой башне никого, но, судя по тому, что место для богослужения находилось в угловой башне стены, хозяева замка никогда не боялись нападений. Она помнила из экскурсий, что уже в это время церкви и капеллы при замке были оснащены дорогими предметами.
Флоренса старалась идти не спеша, но то, как она оглядывалась, заставляло думать, что она что-то скрывает.
Ну что за проблема – помолиться? У них в этом времени больше и радостей особо не было, особенно у женщин, - размышляла Таня.
– Да, сестрица, если ты стараешься, чтобы вас никто не заметил, то ты плохой стратег, – прошептала Таня себе под нос. Она решила дождаться, когда та пойдет обратно, и уже после этого выйти из своего укрытия.
Обратно они вышли минут через тридцать. Ребенок был в корзинке у Тины – Флоренса ни на минуту не оставляла мальчика, боялась, не доверяла никому.
За ними вышел капеллан – служитель этой небольшой замковой церкви. Они еще несколько минут разговаривали у входа в башню, потом он перекрестил ее и малыша, и Флоренса со служанкой отправились к донжону. Таня последовала за ними.
Вечером повар выгнал из кухни слуг сразу, как туда пришла Таня. Она долго осматривала печь, в которой пекли хлеб. Сейчас она топилась, как они и договорились. За Таней пришла Тина и еще одна девушка, что приехала с Флоренсой из Шотландии – Таня решила, что не стоит пока показывать ее рецепты всем.
Девушки крошили лук, сыр, по указаниям повара выносили из холодного погреба сливки и масло. Таня раскатывала тесто из муки, которую мама называла серой – в ней было больше ржаной, чем пшеничной. Она решила опробовать на Флоренсе новые блюда: пироги с сыром, с луком и с грибами, а также, грибной суп на сливках со сливочным сыром и гренками. Когда пироги поставили в печь, явился Айзек со служанкой.
