Эту часть плана сгенерировал, скорее всего, Магрегор. Для массовки. Они усадили на землю то и дело рыгающих мужчин, что скорее всего, как и лорды, попили водички после самогона.
– Эй, кто у вас там? – почти крикнул Костя в сторону Магрегора и Эдварда, что направлялись навстречу Косте, и бегущей за ним Фелисии в одежде служанки. – Знаешь, милая, ты все знаешь, просто ты вдруг стала очень смелой, и считаешь, что я глупее тебя, раз не догадался о твоих намерениях, думаешь, что от любви к тебе, или от возможности стать хозяином графства, я потеряю бдительность, буду вести себя как влюбленный болван, буду прыгать от радости от одной только мысли, что буду рядом с тобой? Нет, дорогая, ты как всегда, недотянула, ты как всегда, решила, что я посредственный компаньон на таких длительных дистанциях.
– Пьяные солдаты, решили, что они вправе открыть один из бочонков, привезенных леди, - отмахнувшись, начал разговор Магрегор, особо не вдаваясь в непрекращающуюся болтовню Кости.
"
"– Костя, какое нам дело, идем отсюда, нужно все оговорить, у нас очень мало времени, - суетилась Фелисия, но Костя не обращал на нее внимания вовсе, и миновав Магрегора и Эдварда, направился к стене, где лежал Уильям. Фелисия встала как вкопанная, не мигая смотрела на Магрегора, но потом, мотнула головой в сторону Кости, и Магрегор заторопился обратно, туда, где Костя сейчас склонялся над Уоллесом. Он узнает его, он точно узнает его – билось в голове у Фелисии, и она больше всего боялась сейчас, что Костя поднимет крик.
– Ты это придумала сама? – странно, что шепотом произнес Костя. Между ними было метров десять, но девушка миновала их за несколько секунд.
– Прошу, не кричи, я умоляю тебя, мы должны это сделать, он из-за нас оказался здесь, - торопливо шептала она, оглядываясь на своих помощников. Поймав взгляд Магрегора, Фелисия поняла, что он уже принял для себя решение.
– То есть, ты только поэтому уговорила меня поговорить с королем? Ты все еще на его стороне? На стороне этого плебея? – его голос становился громче и громче, и слуги, пробегающие мимо начали интересоваться разборкой, что устроили во дворе служанка и королевский страж.
– Ты и правда, решила, что я глуп, что я недальновиден? Таня, дорогая моя, я никогда не прощу ему того, что он сделал со мной, как он тащил меня за лошадью, как плешивую собаку, а тебе, видимо, это нравилось, правда? Нравилось быть у него в плену.
