Хм, на что он намекает? На то, что отныне так будет всегда?
Прячу счастливую улыбку в ворот пальто и прикладываю электронный ключ к металлическим воротам. Оказавшись на территории садика, Даня строптиво выдергивает свою ручонку из моих ладоней и продолжает путь самостоятельно. Он всегда так делает, поэтому я не возражаю.
В группе по обыкновению тепло и пахнет свежей выпечкой. Под пристальным взором Вавилова переодеваю Даню в легкие спортивный костюмчик и, чмокнув его в щеку, говорю:
– До свидания, мой сладкий.
До вечера.
– Пака, мам, – бросает малыш.
А затем направляет вопросительный взгляд на Александра, дескать, а с тобой прощаться будем?
Вавилов отлипает от стены и, не скрывая радости от внимания сына, опускается на корточки.
– Пока, Данил, – он взлохмачивает малышу волосы, которые минутой ранее я так старательно приглаживала. – Еще увидимся, верно?
Даня кивает. Кажется, он очень даже не против новых встреч с биологическим отцом.
– Ну иди, – Вавилов направляет мальчика в группу. – А то на завтрак опоздаешь.
Даня скрывается в просторном зале, а я, прибрав вещи в его шкафчике, подхожу к Александру:
– Ну что? Поехали на работу?
В совершенно неожиданном жесте он проводит рукой по моим немного влажным от снега волосам и мягко произносит:
– Поехали.
Расположившись на заднем сидении автомобиля, Вавилов поднимает межсалонную перегородку, тем самым отгораживаясь от водителя и делая атмосферу более приватной.
– Ого, – только и могу выдохнуть я, глядя на глухую и, кажется, абсолютно непроницаемую стену перед нами.
– Это еще зачем?
– Затем, чтобы можно было сделать так, – Вавилов сгребает меня в объятия и бесцеремонно сажает к себе на колени. – Все утро еле сдерживался.
С этими словами он находит мой рот и целует. Глубоко, жадно, горячо.
Пульс учащается, а дыхание, перемешавшись, становится единым. Я ощущаю глухой ритмичный стук в области ребер и не могу понять, чье сердце колотится так неистово – мое или Александра?
Погруженные друг в друга, мы абсолютно теряем контроль.
Над временем, над происходящим, над своими телами. Разум впадает в спячку, а власть над организмом захватывают буйные гормоны. Иначе как объяснить сладкое безумство, которое наполняет меня до краев?
Хватаю Вавилов за ворот пальто, царапаю ногтями его шею. Мне хочется быть ближе, еще ближе к нему, но умом я понимаю, что мы должны соблюдать границы. Салонная перегородка может опуститься в любой момент, да и от детсада до офиса рукой подать.
