Вот же скот!
— Врет, значит, — глубокомысленно замечает Риска, правильно истолковав выражение моего лица, — подонок какой… Все они такие, Альк, поверь мне, — на этой фразе я с огромным изумлением поворачиваюсь к ней всем телом, но Риска, увлеченно продолжает делиться непонятно, откуда нарисовавшейся житейской мудростью, — прикидываются хорошими… А лучше бы уж сразу свое истинное лицо показывали… Так проще же. Смотришь на него, понимаешь, что отморозок, который тебе только под юбку желает залезть, все просто у него.
Понятно, что ждать… И посылаешь его с чистой совестью… Хотя, конечно, симпатичный, отморозок…
И тут даже до моей переполненной эмоциями и сомнениями башки доходит, что Риска-то рассуждает о ком-то конкретном!
И этот кто-то — вообще не ее бывший!
— Это ты про кого сейчас? — осторожненько спрашиваю, внимательно разглядывая Риску.
— Ой… — растерянно булькает она, спохватываясь и понимая, что наболтала много чего лишнего, — это… Это я так! Чисто … это… гипотетически! Вот!
Она торопливо отползает в сторону, прячет взгляд, а я моментально переключаюсь со своих проблем на более насущные.
Моя мелкая Поняшка, дурочка, к которой я противоестественным образом успела привыкнуть за эти сутки, да что там привыкнуть! Полюбить ее успела!
Эта дурочка , похоже, куда-то влипла… В кого-то, кто даже по ее отзывам — редкостное говно.
И вот вопрос: когда успела? Она же только-только в себя пришла после алкогольной интоксикации! Она же тут у меня с похмельем борется посредством маминых печенек! Когда она умудрилась вляпаться-то? По пути, что ли, когда ко мне топала со своего края поселка?
— Стоять, — командую я, становясь в дверях и пресекая таким образом любые попытки бегства, — рассказывай давай!
— Ой… Не нуди, мамочка, — закатывает Риска глаза, — все нормально…
— Кто он? Из наших? Из ваших? Давай, показывай, фотка наверняка есть!
— Не буду! — возмущается Риска, — и там даже показывать нечего! Он дурак и сволочь! И я не собираюсь ничего с ним…
— Черт… — хватаюсь я за щеку, — значит, точно из наших кто-то…
И, так как кандидатур не особо много, тем более, тех, что хотя бы на глаза показывались в ближайшее время, то два и два сложить нетрудно.
— Сомик?
Пристально смотрю в глаза Риске, и с ужасом понимаю, что права оказалась!
Сомик, чтоб его, придурка длиннорукого, перекосило!
— Да как вы успели пересечься-то? — поражаюсь я.
