Да, я злюсь на него, я обижена, но от одной мысли, что я могу потерять его, мне становится настолько жутко, что все чувства, кроме любви, растворяются и тонут в озере страха. Холодный вопящий ужас взмыл во мне, и я скрыла его под маской ехидства.
– Вы меня очень утешили."
"Мечислав смотрел на нас с тем же безразличным кукольно-барбиным выражением. По его лицу нельзя было ничего понять, но меня и не волновали его чувства. Рука Даниэля скользнула по моему плечу, потянула, приподняла – и я оказалась у него на коленях, прижалась всем телом и как-то уютно положила ему голову на плечо.
– Я не собирался тебя утешать, кудряшка.
– А нельзя все эти Печати снять, как порчу или сглаз?
Надя решительно не давала забыть о себе. Мечислав чуточку устало посмотрел на нее.
– Наденька, это ведь не фирменная наклейка на очках, которую можно отлепить или прилепить заново. Печати ставятся раз и навсегда.
– И никто не пробовал их снимать?
– Нет. Зачем?
– Ну, вот если получается, как у Юли…
– Так, как у нашего пушистика, еще ни у кого еще не получалось.
– Вы не представляете, как меня это радует, – скрипнула я зубами. – И чем может мне грозить связь с двумя вампирами?
– В лучшем случае – как сейчас. Если мы одновременно попытаемся воспользоваться тобой, будет больно всем. В худшем случае – безумие и смерть. Ничего особенно нового.
– Действительно, какие мелочи…
– И мне бы хотелось поставить тебе и Третью Печать.
Сейчас, шнурки поглажу…
– Чтобы перебить то, что поставил Даниэль?
– Примерно так.
– Сволочь.
– Нет. Всего лишь вампир, которому не хочется умирать.
Мне умирать тоже не хотелось. Но и связываться с третьей печатью – тем более. Я невольно посмотрела на Мечислава. Боги, какой же он красивый… Неужели так страшно – быть связанной с ним? Ведь любить-то я буду все равно другого?
– Юля, где твоя гордость?
Надя. Вопрос заставил меня покраснеть. А заодно слезть с колен Даниэля и подойти к ней. Вампир не сделал попытки меня удержать.
Любовь, елки… И я его тоже люблю. И уж такую мелочь, как Первая Печать, прощу не глядя. Хотя и буду показывать, как я обижена. Только вряд ли у меня получится соврать Даниэлю. Слишком я его люблю.
– Как всегда, при мне. – И, совершенно не в тему, вздохнула: – Кто бы знал, как мне все это не нравится.
– Не нравится – бросайся головой вниз с девятого этажа, кудряшка! – впервые в голосе Мечислава послышалось что-то похожее на раздражение.
