– А это можно сделать нарочно?
– Я никогда не слышал о таких мастерах. А почему ты вдруг спросила?
Действительно, а почему? А просто так! Это вампиры во всем ищут сорок три смысла, а у меня смысл один – любопытно мне!
– Не знаю. С трансом ты мне не поможешь, так?
– Так.
– Тогда постарайся не мешать. Я попробую сама.
– Ты не сможешь. Это слишком сложно для человека. Надо ждать, пока Мечислав позовет тебя.
А если не позовет? И останется беспомощным перед Андре? Я не могла так рисковать!
– Ты сам говорил, что я не человек.
Я – фамилиар.
– Юля, ты не должна так рисковать.
Я криво оскалилась.
– Раньше надо было думать. А теперь… Снявши голову, по волосам не плачут. Я должна чувствовать, что Мечислав жив! И если удастся получить хоть какую-то информацию – это даже еще лучше!
– Можешь мне поверить, если он умрет – ты узнаешь об этом первой. Сразу после убийцы.
– Меня это очень ободряет. Ладно, я поплыла.
– Ну что же, попробуй, – благословил меня Даниэль. Я послала ему насмешливую улыбку. Высшие Силы, что со мной происходит?! Я превращаюсь в какую-то Никиту! А с другой стороны, почему бы и нет? Иногда я думаю, что это – естественное свойство русского человека.
Особенно это заметно в институте. Во время сессии. До самого последнего момента мы ходим спустя рукава, даже не заглядывая в учебники. И в последние два дня рвем жилы, не спим ночами, зубрим и пишем шпоры, как одержимые, – и приходим на экзамен с красными глазами, полностью укладываясь в срок! И так у всех русских, во всех делах и во все времена.
И этого никто еще понять не может. Хотя умом Россию так и так не понять… В нее верить надо! Вот и я в себя верю. Даже ВЕРУЮ. И потому у меня все получится. Обязательно.
Я сняла дубленку, завернулась в отыскавшиеся здесь старые одеяла, накрыла дубленкой ноги – и вытянулась на кровати. Попробуем уснуть. Даниэль сидел рядом и смотрел на свет фонаря. Я смотрела на него, и мне было грустно. Я ведь его и правда люблю. Очень. И влезла во все это только из-за него. Но у каждого свой пунктик.
Я не могу, чтобы меня не уважали. Дедушка меня всегда приучал уважать себя. Он мне так говорил: «Начнешь себя уважать, Юля, и все остальные будут перед тобой на задних лапках ходить! А если позволишь один раз об себя ноги вытереть, то не обессудь – на всю жизнь пятна останутся, не отстираешь». И я была согласна с ним. Воспоминания о доме вызвали легкий прилив тепла – и я ощутила, что все идет как надо. Полусонный мозг заработал со скоростью компьютера.
