Ничего не видела и не слышала, едва не покалечилась. Я вовремя тебя поймал за руки, чтобы ты стекло не высадила. Что с тобой такое было?
Я посмотрела на Вадима. Что со мной такое было? Да знала бы я! Я ведь и есть недоучка! Обезьяна с гранатой! Бестолочь одаренная! Но даже самый талантливый человек не докажет теорему Ферма, если не знает, что такое интеграл! Вот и я так же! Горы я своротить могу, но я же просто не пойму, что именно наворотила!"
"– Даниэль, а у тебя нет никаких предположений?!
– Одно есть, – голос вампира звучал устало.
– Ну и? – рявкнул Вадим.
– Не забывай, что Юля – фамилиар! Со мной все в порядке, а вот с третьим известным нашего уравнения…
– Шеф! О черт!
– Вы хотите сказать, что это была не моя боль, а его? – уточнила я.
– Вполне возможно. Или просто несварение желудка, – съязвил Даниэль. – Кровь ядовитая попалась.
– Ну, тебя же до сих пор не стошнило, – окрысилась я. – Немедленно едем! Вадим, заводи кобылу! Если эти уроды еще что-нибудь такое с Мечиславом сотворят, это будет ну очень хреново! Я вам не Железный Дровосек, чтобы ничего не чувствовать!
Вадим послушно тронулся с места.
Джип набирал скорость.
– А что ты чувствовала?
– Как будто из меня всю кровь по капельке выдавили, – отозвалась я. – Это возможно?
Вадим резко помрачнел.
– Более чем. Это с людьми такое не пройдет, а у вампира можно аккуратно разрезать все вены и выцедить кровь.
А потом еще и пиявок подсадить. Это ты, наверное, и чувствовала.
Я выругалась. Долго, замысловато и со вкусом, описывая подробный процесс появления на свет вампиров вообще, вампиров в частности и конкретно г-на Андре. Ну и так, по мелочи. Его интимные отношения с окружающим миром, некоторыми одноклеточными и механической стиральной машиной.
Достало меня все! ДО-СТА-ЛО!!! Видеть больше не могу этих вампиров! Верните меня назад! Чтобы лампа загорелась, чтобы ничего не произошло, чтобы я в тот день разбила телефон, чтобы я вообще уехала вместе с мамой и дедом на курорт! И вообще! Родите меня обратно!
Вампиры поняли мое состояние и молчали всю поездку.
И правильно. Скажи мне сейчас кто-нибудь хоть слово – и я сорвалась бы с цепи как бешеная собака Баскервилей. И сама бы потом жалела о своей вспышке. Но и Вадим, и Даниэль молчали. И я тихо кипела в собственной злости. Ну ничего.
