Нам достался «жигуленок» – девятка красного цвета с молодым парнем за рулем. Симпатичный такой паренек. На первый взгляд. Я смотрела на него – и в мозгу отпечатывались все новые и новые подробности. Светлые растрепанные волосы, высокий лоб, россыпь веснушек, слегка оттопыренные уши, испуганные серые глаза… На второй взгляд отмечалась еще и дорогая одежда, пижонские очки, серьга в левом ухе (кстати, в каком ухе носят серьгу «мужчины» голубой ориентации?), нагловатое выражение лица… Прости меня. Но у нас нет выбора. Потом я буду терзаться чувством вины, потом я буду долго и горько плакать, потом я заставлю заплатить виновников твоей смерти, тех, кто напал на нас этим солнечным утром.
Все это будет только потом. А сейчас нам надо выжить. Просто выжить, а для этого хороши все средства. Вампирам нужно чем-то питаться, а я ослабею, если буду делиться кровью с двумя сразу. Ты гибнешь, как многие невинные в том же «Норд-Осте», просто попав под случай. Под несчастливый билет. Прости меня, мальчик. А если нет – когда я умру, твоя смерть будет на моей совести.
Мечислав держал парня за шею и смотрел ему прямо в глаза. Я впервые видела вампирский гипноз в действии – так ярко и рядом с собой. И не только действовала, но и чувствовала. Когда Дюшка пытался сломать меня и разбирался с Катькой, я была еще слишком неопытна. Но сейчас… сейчас я разделяла Силу с Мечиславом. Как гипнотизируют вампиры? Когда мы всей семьей сидели перед телевизором и смотрели на Кашпировского, я буквально ощущала молот, со всей дури лупящий в мое сознание.
Что-то подобное было и у экстрасекса из ИПФ. Вампирский же гипноз был похож на удар мизерикордией: один взмах руки – и острие по рукоять уходит в мозг. Неужели это могло случиться и со мной?
– Ты будешь повиноваться мне.
– Я буду повиноваться тебе, – эхом откликнулся паренек.
– Я твой господин!
– Ты мой господин.
Голос был вялым и невыразительным. Очки отлетели в сторону, я подобрала их и сунула в карман.
Больно. Отчего-то мне было очень больно.
Мечислав отпустил паренька.
– Даниэль, свяжи его чем-нибудь.
Вампир уже рвал на полосы чехол с кресла. Мечислав обернулся ко мне.
– Как ты, кудряшка? И встань-ка со снега. Люди – довольно хрупкие существа, а у тебя пока есть только Первая Печать.
– Загнанных лошадей пристреливают?
Мой юмор чернел на глазах.
– А заболевших товарищей оставляют в безопасном месте, пока они не поправятся. Ты на это согласишься?
– Нет!
Я перевернулась и с трудом поднялась на ноги. Голова кружилась.
