У дальнего столика, за которым сидела пожилая женщина, уже суетился официант. Собрав с пола осколки, он кинулся в сторону кухни.
Внезапно я почувствовала на себе чей-то внимательный взгляд. Через пару столиков от той женщины сидел коротко стриженный парень и с интересом разглядывал меня. Белая рубашка с закатанными рукавами, очки в стильной черной оправе. Он сидел с мужчинами в деловых костюмах, которые что-то оживленно обсуждали. От взгляда парня сердце застучало громче. Я отвела взгляд и уставилась в тарелку.
– Манерами Ульяны с детства занимается бабушка, – продолжал отец, – она не даст спуску ни Уле, ни ее младшей сестре.
– Как замечательно!. Хорошие манеры и скромность – это то, чего недостает современным барышням. Я как посмотрю иногда, с какими особами встречается мой сын… – пожаловался седовласый. – У них одни мальчики и развлечения на уме.
Я снова посмотрела на парня в очках, он продолжал без стеснения пялиться на меня. Как только наши взгляды встретились, он нахально подмигнул.
Кровь тут же ударила в голову. Я жутко разозлилась на саму себя и, нахмурившись, отвернулась.
Дзынь!
– В этом году Ульяна оканчивает исторический факультет, а затем собирается поступать в магистратуру. Уедет в Чехию.
– Вы знаете чешский? – обратился ко мне седовласый.
– Образовательная программа дается на двух языках, в том числе и на английском, – улыбнувшись, вежливо ответила я.
– А чем конкретно интересуетесь?
– Доисторической археологией Ближнего Востока.
– Похвально! – смешно причмокнув губами, проговорил мужчина.
– А учитесь где? В Москве?
– Здесь, у нас, – не дав мне ответить, сказал отец. – Мы с женой не хотели отпускать ее далеко.
– Что же изменилось теперь? – удивился седовласый.
– А теперь заупрямилась! – раздраженно покачал головой папа.
Мы столько раз говорили на эту тему! Отец не хотел отпускать меня учиться в другую страну. Боясь его гнева, я долго не признавалась в своих намерениях. Но оставаться в этом городе больше не было никакого желания.
Хотелось сбежать от воспоминаний, которые обжигали и душили время от времени, чаще всего по ночам.
– Отпускать детей тяжело, – согласно вздохнул в ответ седовласый, – особенно таких умниц и красавиц, как ваша дочь.
Я старалась не смотреть на парня за дальним столиком, но это оказалось выше моих сил. В очередной раз встретившись с ним взглядом, я похолодела. Стараясь унять внезапную дрожь в пальцах, сложила руки на коленях. Парень кивнул в сторону холла.
