Как, оказывается, сложно врать собственной бабушке. Я ведь этого никогда не делала, не считая разбитой вазы.
– Как ты сказала? С Ковалевой? – переспросила бабушка.
– Да!
– А я ведь действительно ее знаю, – обрадовалась ба. Вот же блин! Час от часу не легче! – Лидия Аркадьевна, ее мама, работает с Ларой в одной школе. Очень приятная женщина. И поболтать любит…
Честно признаться, даже не знала об этом. Значит, наши мамы работают вместе. В общем, не умеешь врать и придумывать легенды, так не берись. Представляю, что будет, если бабушка встретится с этой очень приятной любительницей поболтать…
– Но почему именно двухместное купе? – продолжала допрос ба.
Почему… почему… почему… Самой себе я уже напоминала деревянного мальчика Пиноккио. Того гляди, нос сейчас от вранья дотянется через стол до Гели. Бабушка выжидающе на меня смотрела. Тогда я подняла глаза на сестру. Ну уж она-то мастер придумывать отговорки и врать бабуле.
– Это жизненно необходимо было не мне, а Полине…
– Ба, ну ты чего к Уле пристала? – наконец подала голос Ангелина, перехватив мой жалобный взгляд.
– У нас вон одна девчонка на каникулы в Питер ездила на поезде, так у нее такие попутчики попались, будь здоров не кашляй! Извращенцы какие-то! Ночью к ней под юбку полезли. Она, конечно, там такой скандал устроила на весь вагон. Я бы тоже не отказалась в двухместном… – Геля тараторила, не давая бабушке слова вставить. – Кстати, ба, как твои сегодняшние занятия теннисом? Моя одноклассница ездит в тот же клуб, говорит, у нее часы как-то украли дорогущие из раздевалки…
– Геля, прекрати трещать! – поморщилась ба.
– У меня голова разболелась.
Тем не менее сестренке удалось отвлечь бабулю.
– Теннис мне надоел, – немного капризно ответила ба. – Все-таки спорт – это не мое. Меня все время тянет в творчество. Ульяна, как натура утонченная, должна меня понять.
– О да конечно, – рассеянно отозвалась я, соображая, закрыла ли свою комнату на замок. В любом случае у Веры Кирилловны есть ключ, и если ей вдруг понадобится убрать в моей спальне…
– И что удумала? – со скепсисом обратилась к бабуле Геля.
– Вспомнить молодость и вместе с Ульянкой к станку встать?
– Ну почему же? Я еще и романсы люблю.
Ба немного помолчала, а затем пропела знакомый нам с детства романс:
Целую ночь соловей нам насвистывал,
Город молчал, и молчали дома,
Белой акации гроздья душистые
Ночь напролет нас сводили с ума…
Мы с Ангелиной затаили дыхание.
