Не ставшая жертвой

На этот раз, в силу определенной предосторожности, Вихрева прощупывала перед собой обманчиво-твердую почву, тыкая в нее прикладом винтовки.

Весь оставшийся путь удалось преодолеть без происшествий и вступить на более или менее «надежную» почву, способную выдерживать растущие на ней хвойные породы деревьев. Скорее всего, это была уже прибрежная часть, некогда имевшегося здесь обширного озера, сливающаяся с дном в единое целое.

Как известно, дело было в конце сентября, и погода пусть днем и державшаяся еще теплой, но в этом случае солнце скрылось за набежавшие тучи, одновременно, создавая предпосылки для снижения температуры окружающего атмосферного воздуха.

Чтобы не подхватить простудных заболеваний, Ковров тут же занялся разведеньем огня, а его спутница, взобравшись на одну из крайних к открытой болотистой местности сосен, принялась следить за противоположной стороной этого заросшего озера.

Вынужденная задержка

В то же самое время, как главная героиня пыталась спасти своего возлюбленного, бандиты, под предводительством своего атамана, уверенно приближались к болотистой местности.

Они уже ступили на имеющую вязкие признаки почву но еще пока двигались, скрываемые деревьями.

— Витя, ты меня извини, — произнесла вдруг верная Грета, обращаясь к избраннику, — но мне что-то это все не совсем нравится.

— Что именно? — поинтересовался атаман, стараясь быть, как можно более терпимее, хотя это у него получалось достаточно плохо, и лицо явственно передавало бушующие внутри его страсти.

— То, что мы углубляемся в болото, — не смогла Шульц сдержать своих страхов, будучи не такой отважной, как, скажем, Мария, — нет ничего хуже, чем бродить по «гуляющей» под ногами земле, где чуть оступился, и ты полетел в бездонную пропасть…

Она не успела до конца высказать свои опасения, потому что, как раз в этот момент, они остановились, достигнув места, где беглецы оставили свой квадр-цикл. В тоже самое мгновение до слуха преследователей, приглушивших двигатели своей техники, со стороны направления их движения, донесся нечеловеческий душещипательный крик, c высокой, скорее-всего женской, интонацией голоса.

У многих, даже видавших-виды разбойников, по спине «пробежал» характерный холодок суеверного страха. Сам атаман поднес было руку ко лбу, чтобы перекреститься, но вовремя остановился, поняв, что таким образом выкажет свою слабость. А этого в своем преданном ему «войске» он никак не мог допустить.