(Не)строго бизнес

Я никогда не думала, что когда-либо увижу, прочувствую подобное…и это не игра, не театр, а настоящая жизнь, и кто-то из присутствующих здесь в последние разы набирает воздух в свои легкие.

Такой спокойный и сдержанный. Само отожествление слова «киллер». Хладнокровный, словно глыба льда. Непробиваемый и бесчувственный айсберг.

Лишь лицо бледное, будто бескровное, как у вампира.

Расчетливый взгляд сталкера и рука с оружием, дуло направляет четко на голову моего обидчика. Пола Баррета.

Рядом с Адрианом полукругом стоят ещё несколько человек, но среди них я узнаю только Клайда, который также сейчас больше напоминает не человека, а машину-убийцу, выкованную из гранита.

Меня всю парализует, ноги сковывает льдом, когда я перевожу взгляд на Пола Баррета, что мелко дрожит, стоя на коленях перед Адрианом, сложив закованные в наручники руки в умоляющем жесте. Руки и ноги Баретта трясутся подобно конечностям паучка, взятого за одну лапку.

Жаль ли мне человека, который так жестоко поступил со мной? Еще несколько минут назад, я готова была сама убить его в целях самозащиты, но сейчас, когда он пойман, скован, и обездвижен, я определенно вижу его загнивающим в тюрьме. Беспомощным и обреченным на вечные сожаления о содеянных грехах. Возможно, каждая душа, даже самая заблудшая и падшая, достойна исправления ошибок в этой жизни.

В любом случае, это решать не мне…а Адриану, судя по его решительному взгляду, смертельный приговор дался очень легко.

– Я её не трогал, клянусь тебе, Батлер. Пальцем не дотронулся бы, если бы Джен не угрожала мне, – я вновь вспоминаю, как его грязные руки касались меня между ног, посылая неприятные спазмы по всему телу. – Это все твоя Джен. Она меня заставила…, – Баррет, без преувеличения рыдает, его лицо искажает маска отчаяния. Мольба, паника и предсмертный ужас, застыл в темных глазах.

Мой расфокусированный взгляд замечает, как изрядно потрепанная Уэбстер, больше напоминающую сейчас безумную, сбежавшую из психушки или героиновую наркоманку, вырываясь из хватки двух мужчин, истерично визжит:

– Адри, пристрели эту лживую падаль! Давай, Клейтон, он лжет! Баррет успел отыметь твою сучку в рот и трахал её своими грязными пальцами! Она визжала и глотала, как последняя шлюха, – её слова звучат отвратительно, абсурдно.